Дискета мертвого генерала

Именно оттуда слышались самые ожесточенные выстрелы и приглушаемые ими крики, состоящие на две трети из отборного русского мата. Своих ребят я мог узнать по голосу, каждого из двадцати человек. На этот раз голос принадлежал старшему лейтенанту Саблину.

– Сережа, Олег!.. К подстанции, быстро-о-о!.. Сукины дети!..

Саблин, а с ним еще двое бойцов находились на крыше гаражных боксов и, укрывшись за тридцатисантиметровым выступом, окружающим плоскость со всех сторон, вели отчаянную перестрелку с засевшими в лесу «камуфляжными».

Красный с зелеными прожилками гранит, которым было облицовано все здание, от соприкосновения с сотнями натыкающихся на него пуль отвратительно гудел моментально сводящим зубы пронзительным звуком.

Заметив меня, поднявшегося на крышу с тыла по приставленной к стене лестнице и крадущегося к ним почти на брюхе, лейтенант моментально оценил ситуацию, вставил в «калашников» новую «упаковку» патронов, высунулся из-за укрытия и выпустил в сторону залегших за ближайшими соснами «камуфляжных» полный рожок.

Тем временем я успел молниеносным рывком добраться до выступа со стороны забора и, упав на рубероид ничком, перевести дыхание.

– Все в полном порядке, командир! – Саблин юркнул обратно, и, к своему удивлению я заметил на его раскрасневшемся от смертельного азарта лице подобие улыбки. – Хрен они сунутся ближе чем на десять метров к забору… С ума сойти, я, русский, стреляю по таким же русским… Вот гады!

Тыльной стороной ладони старший лейтенант обтер мокрый лоб, быстро достал из-за пояса новый рожок, одним движением вставил в автомат и снова высунулся из-за укрытия.

Прямо над моим ухом сухо треснула очередь. Но она оказалась совсем короткой – спустя две секунды Саша вскрикнул, опустил оружие и снова нырнул за выступ. Между растопыренных пальцев прижатой к его щеке ладони тремя тоненькими струйками неторопливо стекала густая алая кровь. Пуля прошла вскользь, сорвав несколько верхних слоев кожи.

– Попали, падлы, – совершенно спокойно констатировал Саблин и, оперевшись на локоть, полез в карман черной форменной куртки за перевязочным пакетом. – Подождите, сейчас я вам рога пообламываю… – Разорвав упаковку, он еще раз жестко выматерился.

– Слушай меня, старлей! – Я раскинул ноги, занимая удобное для стрельбы положение. – Генерал приказал мне доставить его подальше отсюда. Попробую рискнуть на «вертушке».