Военморы. На воде, под водой, в небе и на земле

Это пришёл принимать вахту начальник лоцийно-навигационной группы капитан-лейтенант Ганин.

– Журнал не заполнен, контрольные показатели не сняты, стол завален макулатурой, сам не весел… Нет, вахту я у тебя не приму. Что? Какой СОС?.. А, радиограмма Корнилова. Так нам до Ленинградской знаешь сколько чапать? Дён десять, не меньше. Ещё остынешь и даже переохладишься, потому что море Сомова сплошь забито льдами, к тому же огромный припай. Так что начальство ещё немного редьку поморщит, карандашиком на карте почирикает и объявит: в виду невозможности прохода через море Сомова остаёмся на маршруте.

К тому же, к Ленинградской уже подходит американский ледокол. Повторяю: ле-до-кол, с толстым стальным брюхом, а не какой-нибудь соломенный «адмиралишка».

Неизвестно, сколько бы ещё продолжался этот приступ словесного поноса, если бы Ганина не прервал вошедший в лабораторию старпом – «бог порядка и пиит устава»:

– Двенадцать часов ноль три минуты! Почему вахту ещё не приняли?

Ганина старпомовская строгость не смутила:

– Как сказал в прошлом опытный моряк, а ныне популярный бард «служение стихиям не терпит суеты».

– Почему нарушаете форму одежды? Где ваш галстук?

– Э… Так вот же он, у меня в руках. Спешил.

Ганин принялся поспешно застёгивать под несвежим воротником кремовой рубашки тугие резинки галстука. Он вновь овладел собой и его мулермановские усы разъехались в сардонической усмешке:

– К чему такой тон, Геннадий Владимирович. Мы ведь не на параде, а в море.

И не просто в море, а можно сказать, у чёрта в зубах.

Капитан 3 ранга Кундинов не моргая смотрел на Ганина.

– Ещё Суворов говорил: «Война – это не парад, а только работа, причём, тяжёлая».

Старпом сразу не нашёлся что ответить. И Ганин не минул этим воспользоваться:

– Товарищ капитан третьего ранга, на вахту я явился вовремя, но старший лейтенант…

– Товарищ капитан-лейтенант, являются только черти во сне, а на вахту офицер прибывает.

Кундинов круто повернулся и вышел из гидрографической лаборатории.

Потом вспомнив, зачем приходил, коротко бросил:

– Анисимов, быстро сменяйтесь, вас ждут в кают-компании.

* * *

В кают-компанию Игорь спускался совсем в расстроенных чувствах. Ко всему ещё эта стычка Эдика Ганина со старпомом. Анисимов знал, что у них взаимная неприязнь. Ганин считал старпома «углом в 180 градусов» и за спиной Кундинова называл его не «богом порядка» и не «пиитом устава», а значительно короче «Ать-два».