Молекулы на деревьях

Ещё бы у него ничего там не пробежало?!

– Я думала, ты значительно младше, – Ламара Ионовна, встав на колени, измеряла расстояние от подошвы до края брюк, и он заметил, как покраснели мочки её ровных и острых, наверное, как у рыси, симпатичных ушей, – А ты прямо уже мужик, да ещё моряк!

Когда закончилось снятие мерки, Ламара Ионовна спросила:

– Твоя тётя говорила, ты собирался стать химиком?

– Да уже как-то и не собираюсь.

– Что так?

– Изменились жизненные обстоятельства.

– Серьёзный молодой человек.

«Зато вы – ослепительная тётенька…» – хотел сказать Паша, но произнёс:

– Стараюсь властвовать собой.

Ламара Ионовна озарила перламутровой улыбкой, затем добавила в зелёный пристальный взгляд глубоких изумрудов, и спросила:

– Какой ты хочешь костюм? Однобортный, с жилеткой?

Паша пожал плечами. Откуда он знал, какой ему нужен костюм. Да и пока что не задумывался, нужен ли ему какой бы то ни было костюм вообще.

– У меня есть журналы. Посмотрим?

Паша долго выбирал, наконец, остановился на твидовом варианте – тройке.

– У тебя хороший вкус! Хочешь выглядеть, как лондонский денди?

– Как лондонский бренди! – среагировал он, а Ламара Ионовна опять улыбнулась.

– Ещё и шутник! Может быть, хочешь выпить? – и открыла бар, вмещавший столько бутылок, что у него от переизбытка чувств закружилась голова.

– Налей и мне немного вина, – сказала она, и опять изумрудно взглянув ему в глаза, села в мягкое кресло, положив при этом одну ножку в светлом капроновом чулке на другую.

– Сколько тебе лет?

– Через месяц уже двадцать один, – вздохнул Паша, прихлёбывая чинзано.

Они поговорили, в общем, ни о чём. Узнав, что Паша занимается рисунком, Ламара Ионовна снова удивилась и попросила его принести что-нибудь ей на просмотр в следующий день примерки.

Спустя неделю Паша, уже, к слову, одетый в синие польские джинсы и мягкий кремовый пуловер, привезённый ему когда-то тётушкой из Прибалтики, пришёл к Ламаре Ионовне на примерку, заодно захватив альбом с акварельками.

«Интересно, а кто у неё муж?» – подумалось вдруг ему.

– Мой муж здесь бывает редко, – словно разгадав его мысли, сказала Ламара Ионовна, – И сейчас находится далеко.

– А дети?

– Детей у нас нет. Не успели как-то, – грустно улыбнулась она, однако изумрудный свой взгляд на этот раз почему-то не включила, и раскрыла его альбом с рисунками.

– Забавно. Кое-где остроумно. У тебя зоркий глаз и хорошая рука, только отсутствует школа.