2:36 по Аляске

О такой тишине, которая возникла, пишут в комедийных пьесах: треск углей, свист ветра, замерший у готовой палатки Крис. Я на миг отрезвела, раздумывая, как он вообще додумался изречь такое. И, честно сказать, его храбрости я даже позавидовала.

– Пожалуй, всем пора спать, – хмыкнула Барби, стоило ей поймать на себе испытующий взгляд Грейса, полный очевидных надежд на эту ночь.

Разочарованный, он лег на бок и повернулся спиной, что-то бормоча себе под нос. Барби же схватила свой «люгер» и ушла от нас на дежурство, пошатываясь.

Я все ждала, когда кто-то наконец засмеется, потому что мне смеяться хотелось безумно.

– Грейс, – окликнул парня Крис, давясь хохотом. – Парниша, ты победил. Поздравляю. Ты – самый глупый человек из последних людей на Земле.

– Ой, да пошел ты. Мне ведь только семнадцать пару недель как исполнилось! Я не виноват, что все девчонки вымерли раньше, чем у меня устаканились гормоны!

Роуз цокнул языком и отвернулся, раскладывая вещи, пока я незаметно взяла флягу с каплями настойки на дне.

Поднявшись, я постаралась улизнуть на другой конец мостовой, чтобы допить содержимое и немного остыть. Тогда я не учла того, что еще пара глотков способны довести меня до такого провала.

– Джем, поспишь в палатке, а завтра поменяетесь с Барб и…

– Знаешь, а я понимаю Грейса.

Из всего, что только могло найтись в моем воспаленном мозгу, из уст у меня вырвалось именно это. Пригубив оставшуюся треть настойки, я чувствовала себя слишком легкой и веселой, чтобы утруждаться самоанализом.

А стоило бы. Все смешалось: раздумья, чувства, шутки. И настойка не позволяла мне остановиться. Оставалось лишь понадеяться, что Крис не услышит или не проявит интерес к сказанному, но вместо этого…

– В каком смысле?

В его голос просочился энтузиазм. Подходя ближе, он отвинтил крышку от бутылки с родниковой водой. Крис не выглядел пьяным, и без понятия, что в этом было виновато больше: мужской метаболизм или то, как давно я не пила спиртного, в то время как для Криса это – занятие традиционное.

Я слизнула с губ сладость и посмотрела ему в лицо. На нем играли блики высокого кострового пламени, отбрасывающего тени.

– В смысле, – начала я, и в голове тщетно забилось: «Заткнись! Заткнись! Заткнись!» – Мне тоже обидно умирать девственницей.

«О боже. Ты это сказала. Ты конченая дура, Джейми».

Крис закашлялся и быстро отодвинул от лица бутылку, чтобы нечаянно не разлить.