В рясе смертника

Пусть Малыш подержит в руках настоящие, честно выигранные им в папином казино деньги…

– Малыш?! – расхохотался Руслан. – O’кей, папа, пускай будет Малыш! Но тогда кто ты?

– Разве не догадываешься, сынок? – удивленно поднял брови Флоренский, покидая кабинет. – Я тот самый толстяк Карлсон, который живет под собственной «крышей» и никому не платит…

Глава 10

Весь следующий день я провел в Троицком храме. До начала утренней службы мне удалось немного вздремнуть в комнате протоиерея на диванчике, так что бессонная ночь уже не так сильно сказывалась на моем физическом состоянии.

Чего нельзя было сказать о душевном. Даже когда я читал молитвы перед ликом Спасителя и по просьбе прихворнувшего отца Сергия крестил младенцев, постоянно ловил себя на том, что мои мысли находятся далеко отсюда и обращены, увы, совсем к иным делам.

Я дал милиции и спецслужбам такой материал, что не найти сатанистов было бы просто преступно. В течение нескольких часов отыскать бокс, куда отогнали для ремонта помятый джип, среди тысяч официальных и кустарных автомастерских действительно не так-то просто даже для целой армии участковых.

Куда проще, не забывая о джипе, идти по другому пути: раз в городе существует ночной клуб, в котором «выступала» рок-группа с тошнотворным названием, менеджер этого заведения должен знать как минимум контактный телефон продюсера. И, если перед клубом замаячит реальная перспектива закрытия, вряд ли менеджер будет молчать… Ночных клубов, рискнувших предоставить свою сцену для сатанинского шоу, даже в таком огромном городе, как Питер, вряд ли наберется более десятка.

Одним словом, я ждал самых скорых результатов и думал только о спасении девочки. И, когда баба Маша, работающая в церковной лавке, подошла ко мне и осторожно тронула за локоть, я не сразу понял, чего она хочет от меня.

– Батюшка Павел… Тут один мужчина опять вас спрашивает… Он еще до вашего приезда несколько раз приходил, все интересовался, когда будете.

Говорит, что хочет исповедаться лично у вас! Странный какой-то…

– Вот как? – Очнувшись, я поставил в серебряный шандал свечу за упокой души Вики, перекрестился и, обернувшись, стал глазами искать человека, который меня спрашивал. – Где же он?

– Эвон, возле лика архистратига Михаила стоит, в куртке замшевой. Небритый, как басурманин. Подойдете али как? – спросила баба Маша с любопытством.

В моей груди что-то ворохнулось.