Ковен заблудших ведьм

Она попала в беду или хочет учиться… Но скорее первый вариант.

Я прислонилась к колонне.

– Почему это называется песней Эхоидун?

– Ты не знаешь, кто такая Эхоидун? – уточнила Тюльпана насмешливо.

– Знаю, просто…

– Так звали Верховную Верховных, царицу ведьм, создавшую восемь даров, которыми мы сейчас имеем счастье пользоваться. Уверена, об этом ты точно слышала. Поговаривают, будто Эхоидун – это имя царицы, ставшее нарицательным. Ее магия была столь сильна, что подобный зов услышал весь мир, когда ее пленили охотники, с потомком которых ты сейчас спишь.

Этим пением ведьмы зовут себе подобных, когда нуждаются в них. Иногда это случается непроизвольно, в моменты печали или опасности. Слова могут быть любыми – доносят их до тебя эмоции, а не зазубренное заклятие. Это наша природа. Мы рождаемся, живем и умираем в ковенах. Как ни крути, это ведьмовская потребность – быть частью чего-то большего.

Я внимательно слушала Тюльпану и впервые признала, что, невзирая на невыносимый характер, она мудрее, чем кажется.

И ее мудрость еще может сослужить мне неплохую службу.

– Значит, эта ведьма ищет ковен? И если я приглашу ее, то она пойдет?

– Если осознает, что хочет этого, то да.

– Как узнать, где ее искать? Нельзя ведь отследить ее по одному голосу… – И, судя по тому, как уничижительно посмотрела на меня Тюльпана, я поняла, что сморозила полную чепуху. – Или можно?

– Дай руку.

Я недоверчиво скосила глаза на раскрытую ладонь Тюльпаны, на которой остались следы повидла.

Заметив мою брезгливость, она закатила глаза и протянула другую.

– Я не кусаюсь, Верховная.

Надеясь, что это действительно так и Тюльпана не намерена проклясть меня, я приняла ее руку.

– Вслушайся. Пойми. Устремись следом. И постарайся разглядеть как можно больше деталей.

Я не успела спросить, что именно она имеет в виду, как Тюльпана моргнула и глаза ее побелели – остались только белки.

На меня будто набросили теплое одеяло – я почувствовала легкость в каждой клеточке тела, невесомость, которая оторвала мой дух от пола и выбросила за пределы дома.

Это напоминало ослепительный калейдоскоп: я не могла шевельнуться, а все вокруг крутилось и сияло. Перед глазами словно взорвались звезды, а затем все неожиданно померкло. Мое тело все еще оставалось воздушным – должно быть, его теперь не было у меня вовсе. И я прозрела.

– Молю Тебя, Отче Небесный, не лиши меня Твоей помощи в эту ночь.