Поздняя исповедь

Когда гладить начал, думала, нападать станешь, как на таблетку успокоительного, а ты, бедняжка, предпочел здоровому сексу банальный холодный душ. Стареешь, Лешенька. Может, расскажешь по секрету, что это за кошмарик тебе такой привиделся, после которого тебя как серпом по рейтингу?

– Вставай. И не разевай рот без надобности. Средства производства нужно беречь. Кстати, по телику твоя любимая «Абэвэгэдэйка» идет… И вообще, мне пора сваливать на работу. Пожрать хочешь? У меня на кухне – как в супермаркете.

– Знаю я вашу работу, господа гангстеры.

Нет, есть не буду. Только крепкий кофе и сигарету. У меня по плану сегодня разгрузочный день. С этими дурацкими кабаками я за неделю набрала лишних триста граммов, – совершенно серьезно пожаловалась Ляля. Легким движением рук танцовщица поправила шелковистые, с оставшимися после выступления блестками волосы и по-кошачьи сладко потянулась, выставляя маленькую крепкую грудь. Представ перед Реаниматором во всей своей прелести, призывно склонила голову набок, хитро прищурилась и промурлыкала нечто явно недвусмысленное, облизнув губы кончиком языка.

– Я сказал: подъем. Где ванна, знаешь. Баксы на зеркале, в прихожей. А я пошел жрать. У тебя ровно пятнадцать минут.

Леха развернулся и двинулся по коридору на кухню. Не успел он заварить кофе и справиться с первым бутербродом, как со стороны двора-колодца, куда выходило окно кухни, трижды подряд призывно прозвучал автомобильный гудок. Это был джип «БМВ» Лобастого, последний писк моды и новая «рабочая» тачка их спецбригады.

Братва приехала почти на час раньше договоренного срока, а это значит, что требуется срочное вмешательство.

Чертыхнувшись, Реаниматор затолкал в рот кусок холодной буженины с горчицей, отодвинул от себя чашку с дымящимся капуччино и, жуя, направился в ванную, откуда сквозь шум душа слышалось безмятежное мурлыканье наслаждавшейся теплыми ласкающими струйками воды Ляли. Придется соске сваливать, натянув шмотки на мокрое тело.

– Братва приехала! Вылезай в темпе! – рявкнул Леха, ввалившись в просторную ванную комнату и приоткрыв полупрозрачную дверь душевой кабинки.

– Ой, мамочка… Ну ладно, пупсик, я мигом, – недовольно отозвалась стриптизерша. Быстро чмокнув Реаниматора в щеку, выключила душ и прошлепала мокрыми ногами по бирюзовому кафелю, тут же прекратив напевать некогда популярный мотивчик про парня Леху, без которого, если верить тексту, очень страдала и охала по ночам приехавшая покорять столицу сибирская певичка.