Хроники полёта на Марс 2078. Воспоминание

«Не понимаю, – размышляла она, – за столько лет… откуда он взялся?» Капитан терялась в догадках, у нее создавалось впечатление, что шлем, едва угадывающийся в отражении солнечного блика на фотоснимке, был нарочно оставлен или отрыт кем-то.

Мысли Линдау были уже заняты не чем иным, как «…а быть может, это знак?». Джоанн села на диван, словно онемев.

Для нее теперь не существовал ни сон, ни прыгающий с изящной проворностью по скальным склонам горный козел, оживший на экране не без помощи все той же компьютерной визуализации, о жизни исчезнувшего в природе животного которого рассказывал диктор.

«Это невозможно!» – единственная фраза таилась в сознании женщины. Кто мог найти и раскопать шлем? Зачем?!

Обратив взор на исчезнувший вид парнокопытных, Джоанн глядела, казалось, сквозь экран. Она пыталась вспомнить тот последний день миссии, когда прервалась радиосвязь с астронавтами.

Как она помнила, последний, кто оставил ее, был Луалазье. Она не стала препятствовать ему, бросившемуся в стыковочный отсек за униформой для поисков своих коллег.

Но надо было. Однако в тот момент лингвист показался ей настолько мужественным, что она не могла препятствовать его действиям.

После того, как Луалазье покинул шлюз, Линдау вновь занялась вызовом остальных членов, но тщетно.

Внезапно появились небольшие кратковременные толчки о корабль, они были такими же, как и тогда, когда они всей командой находились на камбузе. Спустя время, когда колебания корпуса прекратились, через некоторые минуты с огромными помехами на одной из частот послышался голос.

Линдау сейчас не могла вспомнить, кто это был. Пусть и прошло столько лет, но сейчас можно предположить, что это был русский астронавт, так как тон говорившего, точнее, пытавшегося проявиться на линии, был быстрым, даже с интонацией бодрости. Связь длилась ровно одну минуту, голос прервали новые помехи. Что же тогда сказать пытался ей собеседник, Джоанна не могла вспомнить.

– О, нет!.. – Вдруг она вспомнила все.

Погладив задумавшись лоб, прокручивая день за днем, час за часом каждый момент своего пребывания на далекой планете, она почти сдалась, но память, так долго мучившая ее после прибытия на Землю и откладывавшая информацию в отдельные уголки ее разума, внезапной волной воспоминаний окатила сознание Джоанн.

***

На камбузе корабля за двое суток до дежурства Ястребова и Волона в шатре сооруженного поодаль от межпланетного судна русский ученый вспомнил о сне, который ему снился.