Звёздный бродяга

Дорого бы дала корпорация, чтобы заполучить его, узнай об этом, с десяток крейсеров были бы здесь уже сегодня, пронеслась испуганная мысль.

– Гук, я хочу обследовать его, рассчитай наш курс для сближения и начинай манёвр, приказал я компу.

– Это может быть опасно, командир, таких кораблей нет у гуманоидов, мы на самом дальнем краю освоенной части галактики.

– Я знаю, Гук, начинай манёвр, повторил я приказ.

– Сейчас объект удаляется от нас, чтобы настичь его потребуется около суток при форсированной работе планетарных двигателей.

Двигатели включены, корабль начал разгон.

Какие только мысли не приходили в мою голову за эти  бесконечные сутки, от совсем простых, что это ошибка и объект всего лишь случайный астероид, до бредовых, о встрече с разумными монстрами каннибалами.

– Командир, корабль начал торможение для выравнивания скоростей и сближения с объектом, я рассчитал, что мы будем идти рядом на удалении порядка100 метров. Это произойдёт через 2 часа, доложил Гук.

Какие будут распоряжения?

– Гук, запрограммируй один робот для обследования корпуса, пусть ищет люки, дюзы, в общем всё необычное, попробуй также определить из какого материала сделан корпус.

Изображение с камеры робота выведи на монитор, распорядился я.

– Задание понял, начинаю готовить робота, отозвался Гук.

С волнением смотрел я на поверхность корпуса неведомого из какого мира занесённого корабля крупным планом передаваемую камерой робота. Корабль был стар, так стар, что вся поверхность корпуса походила на шершавую тёрку – следы бесчисленных столкновений с микрометеоритами, кометами и всем тем хламом, что парит в триллионах возведённых в энную степень кубических километров пространства.

Я был разочарован, надежды на то, чтобы узнать откуда этот гость и что с ним случилось практически не оставалось.

– Гук, робот определил материал корпуса?

– Да. Он состоит из сложного сплава металлов и неметаллов, преобладают вольфрам и кремний, это даже не сплав, а как бы выращенный огромный кристалл, по расчётам он превосходит нашу броню, легко выдержит температуру до 3 тысяч градусов по Цельсию, но задача его в другом, он работает на погашение направленного потока излучений специально выстроенной кристаллической решёткой, как наша установка»Тень», только пассивно, основной же материал корпуса, там где сильные удары метеоритов его обнажили, вообще не поддаётся определению.

Нам такая технология неизвестна.