Район мертвых

В итоге добрая половина деревянной двухэтажки, принадлежавшей на законных правах Машке с глупой подачи деда, ушла с легкой руки и за позорный бесценок каким-то жуликам – а-ля браткам из девяностых. Своеобразные были ребята: туповатые, огромные и с бугристыми складками на затылках, опутанных золотыми цепями толщиной с большой палец. Ума им особо и не требовалось – бумажками занимался какой-то худосочный адвокат, волочившийся всюду за этой сворой жуликов. Они потом еще предъявили деду долговую расписку на крупную сумму, подписанную рукой любимой внучки.

Таким образом, вторая половина дома ушла в руки бандюков вслед за первой без долгих церемоний и необходимости применять против деда утюг с паяльником: братки не гнушались самых жестоких методов, а старик перед ними или бабка не играло никакой роли.

Мать Машки и ее отец, которого дочка ни разу в жизни не видела, к тому времени сами потеряли единственную халупу на окраине села и сгинули где-то в Москве среди городских бомжей, теревшихся в вестибюле станции метро Теплый Стан.

И внучки тоже след простыл.

Дом этот потом еще сто раз перепродали, и жили в нем теперь нормальные люди, которым и предъявить-то было нечего.

– Развели блядство кругом, дерьмократы поганые! – сетовал Иваныч. – Вот при Советском Союзе не посмели бы подобное сотворить! Да за такие дела высшая мера им в те времена полагалась! Расстрел пидарасам!.. – злился он, сотрясая кулаком воздух, но потом принимал смиренный вид и, отчаянно махнув рукой да плюнув в сторону, брался за чтение очередной документальной книги про Великую Отечественную Войну – его излюбленная тема.

Дёмин знал Иваныча с детства. К тому времени тот уже был младшим офицером, после срочки оставшимся служить по контракту в стройбатовской части, расквартированной неподалеку от Воскресенок. Это на службе побратим оттяпал ему три пальца лопатой. Как сам Иваныч невнятно пояснял, произошла у них с товарищем рассинхронизация действий во время строительных работ по возведению дачи генералу.

И все-таки Дёмин не понимал, как можно лопатой случайно лишить человека трех пальцев на руке. С ногой если бы такое случилось, Саня бы еще понял – как-то логичнее выглядит, технически не так фантастично и умозрительно не таким уж нелепым представляется… Видимо, старик хранил какой-то секрет, и Дёмин лишними расспросами его не напрягал, потому что заметил, как тот меняется в лице и начинает заметно нервничать, если затронуть данную тему.