Бунт смертей. Приключенческий детектив

Все вскочили с мест и бросились на улицу, где метрах в двадцати возле коровника увидели фермера, лежащего на кучке снега лицом вниз. Милана подбежала к нему и стала тормошить и переворачивать, причитая:

– Амос, Амос, что с тобой, очнись. О, Господи, он умирает. Скорее вызовите скорую.

– Участковый сказал, что он всем, кому надо, позвонит, – заметила Галя.

– Его срочно надо перенести в дом, – Карп подхватил Тулупкина под руки. Силуян взялся за ноги брата.

Участковый инспектор капитан полиции Домин Анатолий, молодой высокий парень со строгим выражением продолговатого приятного лица, на личном автомобиле «Нива» к месту происшествия прибыл быстро.

С ним приехал и директор предприятия Картузов Виктор Петрович, который, глядя на почти неживого, посиневшего, с частым хриплым дыханием Тулупкина, лежащего в спальне на кровати, произнёс:

– Я повезу его навстречу скорой, так получится быстрее. Сейчас каждая минута дорога. Помогите мне.

Карп и Силуян аккуратно на одеяле перенесли фермера в «Ниву» и положили его на заднее сиденье, Милана, неотступно следовавшая за мужем, сквозь слёзы проговорила:

– Можно я поеду с вами?

Капитан подошёл к девушке и покачал головой.

– Пока я не выясню обстоятельства происшествия, все должны находиться в поле моего зрения, а посему прошу всех проследовать за мной в дом на кухню, где я задам вам несколько вопросов на всякий случай.

Когда Карп вместе с другими притихшими участниками вечеринки уселся на стул, он нерешительно поинтересовался:

– Извините, товарищ капитан, что вы подразумеваете под словами «на всякий случай»?

– В данном случае я имею в виду только один случай.

Это случай, связанный с преступными действиями кого-либо из вас, – участковый инспектор обвёл строгим взглядом ещё более притихших членов завершившегося застолья, – вот такой каламбур получается, господа хорошие. Но не будем терять времени. У меня вопрос к вам, гражданка Тулупкина. Ваш муж в последнее время жаловался на здоровье?

Милана подняла печальные глаза.

– Амос был здоровым человеком, если не считать его кодировку от алкогольной зависимости.

– Кстати, о ней. Как Тулупкин относился к такому своему состоянию. Были ли попытки раскодироваться? – капитан записал что-то в свой блокнот.

– Амос мне как-то рассказал, что ему врачи под страхом смерти запретили вообще нюхать какие-либо спиртные напитки. И за тот период, что я с ним живу, он это неукоснительно соблюдал. Про другое время не знаю.