Избранное. Том 4. Детективные повести

– Какой я тебе дядя, – мужчина усмехнулся, – зови меня просто Миша, допускаю ещё Михаил.

– Сойдёмся на Мише, – девушка тоже усмехнулась в ответ.

– Вот и прекрасно.

К Витошкинам Оля с дочкой на руках пришла с опозданием, когда гости, сидящие за двумя поставленными вплотную друг к другу квадратными столами, своими громкими разговорами демонстрировали, что они уже выпили не по одной стопке спиртного. Девушка поздоровалась, достала из кармана зимнего пальто детские варежки, посмотрела на Витошкиных и произнесла:

– Вот, для Коли.

Сама связала.

Жена Миши, миловидная женщина, приняв подарок, улыбнулась и сказала:

– Спасибо! Хорошая и красивая работа. И, главное, варежки у тебя получились мягкие и тёплые. Раздевайся и садись за стол рядом со мной.

Когда Оля уселась на место, то поймала на себе полные любви, жалости и в то же время вины, взгляды отца и матери, которые сидели на противоположной стороне стола. Николай Викторович посмотрел на хозяев дома, встал с места и произнёс:

– С вашего разрешения я хочу сказать о том, что уже давно у меня болит в душе.

Полгода назад я совершил самый позорный поступок в своей жизни. Я сгоряча сильно обидел свою дочь, – мужчина положил руку на плечо жене, та тоже поднялась с места, – прости нас, Оля, мы без тебя страдаем. Возвращайся с малышкой обратно домой.

Оля встала и поклонилась родителям.

– И вы меня простите несмышлёную. Я вас люблю и с радостью вернусь к вам.

Миша с довольной улыбкой на лице заметил:

– Вот и наш именинник внёс лепту в счастливое окончание этого недоразумения.

Поэтому предлагаю выпить за моего сына и за воссоединение семьи Зыряновых.

После столь счастливого исхода семейной драмы к Оле стали приходить в ответки люди с подарками. В конце зимы пожаловали и Худанины: Александр Петрович, высокий мужчина с пышными усами на худощавом лице, и Ирина Семёновна, полноватая круглолицая женщина. Александр Петрович прямо с порога заявил:

– Здравствуйте, в хату! Мы тут с женой решили посмотреть, как растёт наш аленький подснежник.

Зыряновы засуетились. Оля вынесла малышку из своей комнаты на показ гостям, которые прошли в зал. Ирина Семёновна посмотрела на девочку, постучала по столу и произнесла:

– Наша порода, и Игорь её признал своей.

Вскоре был накрыт стол и под бутылку водки, грибочки и другую закуску разговор об Игоре продолжился. Мать солдата с извиняющейся улыбкой проговорила:

– Признаюсь, у Игоря не так всё просто с планами на жизнь.