Веретено Судьбы. Книга 2

Потому, как он тут же – с первой переходил на вторую. И скользил уже по четвёртой, минуя третью… И так, словно загнанный заяц, скакал в лабиринте искусно вырезанных поделок – и гонимый мальчишеским любопытством, петлял между ними и не мог никак остановиться.

– Смотри, – указал Жак на мастера, который отложил орла в сторону и потянулся за новой заготовкой. – Вот, к примеру – взял он брусок. С виду – обычная деревяшка. Крутит его – так и сяк… присматривается, примеряется. Как ты думаешь, что он задумал из неё сделать?

– Что задумал? – Жан попытался себе представить.

 – Что задумал… Откуда мне знать, что ему в голову взбредёт?

– А, по-моему – это будет солдатик.

– Как ты узнал?

– А у него, на деревяшке нарисованы контуром линии. Точно тебе говорю – солдатик.

– А если, нет, – засомневался Жан.

– А если, да, – настаивал на своём Жак.

– Давай, поспорим.

– Давай.

– А, на что?

Жак прикинул в уме и предложил:

– Да, хотя бы на то, кто проспорит, тот до конца поездки, в номере будет застилать кровати.

– Идет, – согласился Жан. – По рукам.

– По рукам, – самодовольно усмехнулся Жак. – А теперь, пойдём к нему и спросим…

Они подошли поближе и робко поздоровались. Мастер – ещё молодой парень, лет так примерно, двадцати пяти, в национальной косоворотке – отложил заготовку, пригладил пятернёй непокорный чуб, и приветливо улыбнулся.

– И вам, здравия, добры молодцы, – ребятам понравилось его обращение, так их никто ещё не называл. – Что, резьбой по дереву интересуетесь?

– Да, – ответил Жак.

 – Скажите, пожалуйста, а что вы будете делать из этого кусочка дерева. Мы с братом, заключили пари. И нам интересно, кто из нас, угадает правильно.

– Интересно-интересно… – парня позабавил серьёзный настрой Жака, особенно – интонация – то, как это было сказано. – И какие, в связи с этим, у вас появились идеи?

– Я сказал, что это будет, солдатик, – ответил Жак, и указал на угадываемые контуры на заготовке.

– А ты, как думаешь? – обратился мастер к Жану.

– А я, не знаю, – честно признался Жан.

 – Но, уж – точно, не солдатик.

– В таком случае, ребятки, у вас ничья, – рассудил их парень и разложил перед ними семь липовых брусков разного размера. Самый большой – сантиметров тридцать в высоту. Остальные, пропорционально поменьше. Они были расположены в порядке убывания. – Это будет, не солдатик – и не «я не знаю», – он стряхнул с листа бумаги стружку и положил перед ними рабочий эскиз. – Из этих заготовок я сделаю матрёшку.