Будешь моей, детка

Но эта рыжая вроде норм, тут же пристраивается к нему и хищно обхватывает яркими губами соломинку коктейля, будто показывая, на что способна.

Мы чокаемся стаканами и пьем за хороший вечер. У Ника лонгайленд, у меня односолодовый виски, и только один Влад выбивается со своим безалкогольным пивом.

– Давай один коктейль, а? Ну ром с колой хотя бы, – подбивает его Ник. – А то пьешь эту бурду и мучаешься.

– Яворский, отвянь, – тяжело роняет он. – Я на сборы уезжаю послезавтра. Мне ни капли нельзя.

– Оу, ты спортсмен, да? – рыжая Эля восхищенно разглядывает его мощный торс и трогает наманикюренным пальчиком край татуировки, уходящей под ворот футболки.

– Ну.

– А какой вид спорта? Может, пловец? У тебя таааакие плечи, – хихикает она.

– Хоккей, – говорит Влад с таким видом, что девочка умолкает и тему эту больше не продолжает.

Но тут начинает пиздеть Ник – обо всем и ни о чем – и все расслабляются. Я пью много. Больше, чем обычно, потому что на трезвую голову не смогу трахать эту чертову брюнетку.

Как ее? А, да. Лиза. Точно.

Музыка уже довольно громкая, на сцене бара играет приглашенная группа, и Лиза приближает губы к моему уху, чтобы я ее услышал:

– К тебе?

Мотаю головой. Она забыла, наверное. Я к себе никого не вожу. Моя дом – это моя территория, никаких девок там не будет. Можно и к ней, конечно, но еще лучше квартира посуточно. Ник сразу, как мы с ним познакомились, порекомендовал этот сервис: не вонючие каморки, а классные элитные хаты, которые вычищают после каждого клиента и там можно хоть с пола есть – так там все чисто и практически стерильно.

Мне подходит. Захожу к ним в приложение, бронирую квартиру на вечер и показываю адрес Лизе. Она кивает. Вот и договорились!

А чего мне будет стоить ночь с ней, узнаем утром. Модельки наши себя шалавами не считают и в прямую бабло не берут. Всегда это хитровыебанно: ой мне на арендную плату не хватает или ах какое платье в максмара видела. Ну и платишь, чё.

За все надо платить – это логично и понятно.

И когда мы уже в целом готовы расходиться по хатам, вдруг подрывается Ник.

– Мне надо уехать, – говорит он, и на его лице непривычно серьезное выражение. – Соболь, держи, там должно хватить с запасом.

В меня летит его карточка, я ее на автомате ловлю и поднимаю бровь.

– Помочь? Что-то серьезное?

– Нет. Я сам.

Хватает куртку и, даже не попрощавшись, сваливает. Мы с Владом переглядываемся.