Мы просто дружим

Она зло уклонилась и прошипела:

– Я же просила! Я тебя, блядь, просила как человека – не опаздывать! А ты?

– А что я? – легко улыбнулся Саня. – Я же успел.

– Ты прибежал в последний момент. И трубку не брал!

– Прости, на беззвучном стоял. Жень, ну не обижайся, а? Все же нормально!

У Жени не было все нормально. Ее потряхивало от злости, и очень хотелось огреть Саню чем-нибудь тяжёлым по взъерошенной макушке, психануть, развернуться и никуда не лететь. Болезненную пунктуальность ей привила профессия: на запись опаздывать было нельзя.

Никогда. Ни по каким причинам. Иначе больше с тобой никто работать не захочет – слишком дорого обходится звукозаписывающей студии вынужденный простой. Так что Женька привыкла приезжать заранее. Сильно заранее. Например, в аэропорту она была уже два с половиной часа назад и могла позволить себе спокойно пройти контроль, не нервничая и никуда не торопясь, в отличие от этого взмыленного товарища, который явно мчался сюда на всех парах.

– Я тебе кофе куплю, – виновато пообещал Саня, наклонившись к ее уху, и Женя почувствовала исходящий от него приятный запах разгоряченного мужского тела.

Господи, если бы все мужики пахли так же вкусно, как Саня, жизнь была бы значительно лучше. Как минимум поездки в транспорте летом из кошмара превратились бы в очень даже приятное времяпрепровождение.

– Я уже пила кофе.

– Сок? Мороженое? Шоколадку?

Женя последовательно качала головой на каждое предложение. Так дешево она сдаваться не собиралась.

– Золото? Айфон? Шубу?

Женя не удержалась и фыркнула.

– Осторожнее с обещаниями, я ведь могу и согласиться.

– А я не обломаюсь, – ухмыльнулся Саня, довольный, что Женя перестала хмуриться. – Нет, правда, я ж понимаю, что это мой проеб. Проси, что хочешь!

– Я лечу у окна, в хостеле выбираю ту кровать, которая мне понравится, и ты сегодня пойдешь со мной в Музей истории искусств, а не в бар клеить девок.

– Музей – это жестоко, – скривился Саня, который терпеть их не мог.

– Это справедливо, – отрезала Женя.

– Окей, – примирительно улыбнулся он и протянул ей руку, смешно оттопырив мизинец. – Мир?

– Мир, – она зацепила его мизинец своим и торжественно проговорила: – Мирись, мирись, мирись, и больше не дерись! А если будешь драться, я буду кусаться!

Взгляд её при этих словах автоматически упал на крепкую, вкусно пахнущую Санину шею, и Женя вдруг покраснела, потому что представила… ой, да глупости она себе представила.