Воин тьмы

Еще несколько секунд, и его разорвут на мелкие клочки. Он как-то безучастно смотрел на топор, на свои руки. Перевел взгляд на мальчика.

– Кого он ему напоминает?

У Ивана не было братьев, сестер. Он был один у родителей. Его баловали и оберегали в детстве от трудностей и забот.

– Может это племянник? Но откуда он здесь?

Руки не смогли поднять топор. Это было выше его сил. Он почувствовал, как грубые руки орущей толпы повалили его на эшафот, почувствовал тупую боль по всему телу от ударов десятков ног.

Вскоре он перестал чувствовать боль, сознание как будь-то, вышло из его тела.

– Может быть, он уже умер?

Иван не понимал, что с ним происходит.

– Ты снова проиграл!

Все тот же голос. Он уже не вызывал пронизывающего ужаса. Было ощущение безразличия.

– На прохождение этого этапа у тебя снова вечность!

На этот раз не последовало хохота, голос был без эмоций. Это была простая констатация факта, но от этого стало совсем жутко.

Снова площадь, он стоит на постаменте, а вокруг ревет и бушует толпа, справа от него плаха. Рядом с плахой маленький белокурый мальчик.

Руки снова не подняли топор.

– Ты проиграл.

Прозвучало где-то в голове Ивана.

…Снова площадь, плаха и мальчик. Наверное, уже раз двадцатый повторялся все тот же эпизод.

– В который уже раз? Это безумие!

Десятки повторов притупили человеческие чувства. В безумной голове пульсировала только одна мысль:

– Убей и все это закончится! Ты пройдешь на следующий уровень.

Иван медленно подошел к мальчишке, не отводя глаз от его взгляда, он положил голову мальчика на плаху. Один раз в жизни он колол дрова у друга в деревне. Но мышечная память зафиксировала этот факт. Он взял огромный топор двумя руками, поднял его над головой и с силой опустил вниз…

–Ты прошел на следующий уровень! – это была снова просто констатация факта, без всяких эмоций.

Иван проснулся от собственного крика.

Все та же огромная комната. Пот струился по лицу и спине, руки тряслись. Перед глазами стояло лицо того мальчика, из сна. Его взгляд выражал жалость к нему, Ивану. Как будь-то, это не он умер, а он, Иван! Он медленно побрел, в уже знакомом направлении, в ванную комнату. Снова жадно пил воду из-под крана. Умывшись, он побрел обратно. Сев на кровать, он обхватил голову руками, поджал ноги и тихо завыл.