Держава том 1

Детвора, которая находилась далеко, и, казалось бы, не должна была услышать предложение, восторженно завизжала, высказывая полное одобрение. Те, кто находились рядом и кому, собственно, предназначался вопрос, промолчали, то ли не услышав, то ли раздумывая.

– Да нам и купаться-то не в чем, – первым высказал своё мнение Георгий Акимович.

– Да и не надо ничего… Женщины и дети расположатся вон за теми кустами, – развивал стратегический замысел Максим Акимович, – мы прикроем свои тылы растущей у воды ракитой, – в глазах его отражалась четырёхвёрстная карта местности со всеми кустами, овражками и деревьями годными к маскировке.

 – Полотенца обтереться у нас есть, – поставил точку в военном плане, и тут же приступил к акции, снимая рубаху. – Дно прекрасное, песочек, – зайдя по пояс в воду, сообщил он и нырнул.

Георгий стал уже волноваться за брата, когда услышал женский визг и догадался, что зря согласился купаться сам и, особенно, разрешил жене.

Она-то и вопила, отбиваясь от наглых рук бравого вояки, который, дурачась, во всю глотку орал:

–Куда это меня занесло, братцы?!

«Куда плыл, туда и занесло, – вздохнув, погрузился в воду Георгий Акимович.

Плавать Рубанов-младший не умел. – Да профессорам это и ни к чему. Пусть студенты на экзаменах плавают, – грустно размышлял он, плеща на лицо пригоршни тёплой воды. – Чего они там делают?.. И куда Ирина Аркадьевна смотрит?.. Да, наверное, туда же, куда и моя супруга. Никакой серьёзности в людях, – пессимистически заключил он. – Ну не дай бог, через девять месяцев ребятёночек появится… Утонуть что ли, дабы отвлечь их?» – вслушивался в шлепки ладоней, визг и женский смех.

Самому ему было не до веселья.

«Редко, но случается, что и профессура Санкт-Петербургского Императорского университета ошибается», – сделал он умозаключение и погрузился с головой в воду.

Как умный человек и к тому же либерал, топиться не решился, зато горой стал на защиту устоев семьи и произнёс пламенную речь, из которой следовало, что забытое женщинами полотенце должен отнести он, но никак не старший братец.

У профессоров это лучше получается…

После долгих споров, отнести вещь доверили вылезшему из воды Акиму.

Умиротворённые, тихо ехали обратно меж двух стен колосящейся ржи, любуясь церковными куполами, сверкающими вдалеке ярким предвечерним золотом. Над головой кружили ласточки и где-то высоко, у самого заходящего солнца, звонко пел жаворонок. И песнь его перекликалась с далёким колокольным звоном.