Вкус ночи. Книга 1. Дневник Мортемара

Я обессилено сел рядом с повозкой, не зная, что ещё придумать. Наверное, я задремал, потому что меня внезапно привёл в чувство хлопок по плечу и знакомый голос спросил:

– Мортемар, ты ещё жив?

Я был рад его слышать, хотя теперь мною овладело смятение. Я не знал, как ему объяснить, что я задумал, и уж тем более не хотел, чтобы лекарь открыл всем мой обман, особенно перед другом. Я тогда старался не смотреть в сторону Миллия, но мне нужно было это сделать. Если я хотел идти на край света, то пора прокладывать путь сейчас.

– Миллий, – мой голос холодным шепотом достиг друга, и я постарался говорить настолько тихо, чтобы отец не услышал ни слова. – Я планирую убежать отсюда. Навсегда.

Мой друг не подал внешне виду, но его слова сказали мне всё:

– Нашёл, чем удивить. Я это и без тебя знал. Мне сон приснился, так там…

– И ты видел сон? – я был в недоумении, но этот факт меня не испугал. – Что ты увидел?

– Я видел, как мы с тобой вместе уплыли отсюда, – сказал гордо Миллий, скрепив пальцы в замок.

 – А потом я видел нас вместе. Мы стояли на большой площади в каком-то очень богатом городе. Жаль, что на этом сон оборвался, но мы были там в окружении многих людей. Надеюсь, ты возьмёшь меня с собой? Вдруг наш сон сбудется?

Миллий, Миллий… Сейчас, сидя на постели и глядя на тебя, я сожалею, что мы покинули город. Ведь всего этого могло и не случиться.

Но тогда, охваченный странной лихорадкой, я с радостью воспринял идею друга.

Я светился от радости, и меня больше не тревожила мысль о лекаре. Скоро подошла и моя очередь. Лекарь Тонелос хмуро впустил меня, отца и Миллия. Сначала он задавал вопросы отцу и тот рассказал о моей «лихорадке». Я лишь болезненно кивал головой и ёжился от колючего взгляда лекаря, но мой хриплый кашель сыграл свою роль. Выслушав его, Тонелос осмотрел меня, и потом… Я уже закрыл глаза, когда услышал:

– Ваш сын нуждается в ежедневном уходе с моей стороны. Поэтому я попрошу вас оставить его здесь, в лазарете, а друг может каждый день навещать его.

Через неделю он будет здоров.

От удивления я чуть не выдал себя, хотелось кричать от радости, но я совладал с собой. Отец горестно вздохнул:

– Эх, раз надо – значит, Мортемар, ты остаёшься. Выздоравливай, сынок.

Он похлопал меня по плечу, вышел на улицу, и вскоре его шаги я уже не мог различать среди шума людей. Это были последние слова, которые я слышал от него.