Игры настоящих мужчин. Юмористические рассказы

Достав из бортовой шкатулки у торпедных аппаратов  казенное полотенце, мочалку, шампунь и мыло,  я   сую все в защитную  сумку от противогаза, набрасываю ее на плечо  и спускаюсь на нижнюю палубу.

Во втором отсеке,  у пульта химического контроля,  работают   две молоденьких малярши, а рядом  пританцовывает и скалит  зубы, сменивший меня, вахтенный  носовых отсеков, Славка Гордеев. Помимо обхода отсеков, в ночное время мы обеспечиваем  все огнеопасные работы, которые ведутся на лодке.

– Видал?  – подмигивает мне  Славка  и  вожделенно пялится на обтянутый комбинезоном, пышный зад одной из девиц.

Я ухмыляюсь, молча показываю ему большой палец  и  ныряю в люк третьего.

Там меня уже поджидает Допиро, с такой же сумкой.

Мы взбегаем по звенящему трапу в центральный пост, где  в окружении светящихся датчиков и мнемосхем скучает  вахтенный офицер, и просим разрешение подняться наверх.

– Давайте, – значительно кивает  тот головой,  и мы  исчезаем в шахте люка.

Наверху россыпи звезд, начался отлив и  пахнет морем.

Сойдя по узкому обводу на трап, мы минуем караульную будку,  с  стоящей у нее «вохрой», с  наганом   в кобуре,   и ступаем на  широкий, заасфальтированный причал.

Несмотря на  глубокую ночь, завод работает. В  огромных, высящихся вдали цехах,  мерцают вспышки  сварки,  слышны  звон металла, грохот пневмомолотков и урчанье электрокаров.  Родина укрепляет свой ядерный щит.

Миновав стоящую позади нас в ремонте лодку, мы  подходим к  ярко освещенной коробке дебаркадера.

Отдраив нужную нам дверь, мы спускаемся вниз и попадаем в обширную   раздевалку. В ней, в ярком свете плафонов,  белые шкафчики у переборки,  мягкие маты на палубе и низкие длинные  скамейки по периметру. Из-за неплотно прикрытой двери душевой, слышен шум воды, неясные голоса и выбиваются клубы пара.

– Во, кто-то уже моется, – говорит Витька и мы раздеваемся.

Потом я тяну на себя тяжелую дверь, мы переступаем высокий комингс,  и обширная душевая оглашается  пронзительным  визгом.

Там, в молочном тумане, мелькают несколько розовых тел, в нашу сторону летят мочалки.

– Ух ты-ы! – восхищенно гудит  Витька, и тут же  получает одной в лоб.

– Пошли отсюда! – орут из кабинок девицы,   стыдливо прикрываясь руками.