Мертвая голова

– А шо цэ таке? –  вскидывает брови Цуприк.

– Ну, типа, отдых на природе, –  разъясняет Дюсов.

Прикончив все, что было на «столе», закуриваем и слушаем соловья. Тот теперь разливает трели.

– Гарно   спивае мужик, – говорит Цуприк.

– А почему мужик? – не понимаю я.

– Соловьихи, Николаич, не спивають, – поднимает он вверх палец. – Точно знаю.

Затем  мы прощаемся с Николаем, его мотоцикл  стрекочет к селу, а опергруппа грузится в машины.

Впереди «Уаз», за ним грузовик, катят по пустынной трассе.

Лопухнулись

Было это в то время, когда  страна   жила за «железным занавесом» и не знала  европейских ценностей.

Бизнес тогда назывался спекуляцией и карался лишением свободы, а за самогоноварение можно было получить три года.

Одним таким днем,  мы с начальником   милиции  города, где я в то время служил прокурором, получили нагоняй на заседании бюро горкома.

Там, помимо прочего, рассматривался вопрос о борьбе с названными антисоциальными  явлениями, и   работа правоохранителей  в данном направлении была признана неудовлетворительной.

Особо возмутило Первого секретаря  поступившая на его имя коллективная жалоба граждан  в отношении ярой самогонщицы и спекулянтки по фамилии Бадер.

Жила она в добротном доме на окраине города близ Лугани, где   активно курила зелье, доставляла с Ростова  вяленых лещей, а с Астрахани  черную икру, и все сбывала на городском колхозном рынке, а также  среди знакомых.

Муж ее  шабашил по колхозам, а сын, известный хулиган, отбывал очередной срок  в местах не столь отдаленных.

– До каких пор будет продолжаться это безобразие?! – грозно вопросил нас Первый, зачитав вслух письмо.  – В то время как  вся страна активно строит коммунизм, вы потворствуете антисоциальным элементам!

– М-м, – переглянулись мы с начальником милиции (спорить   было себе дороже) и заверили, что примем  в отношении  нарушительницы закона самые строгие меры.

– Вот-вот, примите,–   пробурчал партийный лидер. – И обязательно осветите это в городской печати. Дабы никому не было повадно.

Потом заседание закончилось, мы покинули  горком и направились к своим машинам.

– Щас приеду, накручу своим хвост, –  сказал  на прощание  начальник милиции. – Чтобы служба раем не казалась.

– Ну-ну, накрути, – согласился я.  – Жду результатов.

Результаты не заставили себя ждать.