Родом из СССР

Затем от имени командования и себя лично, поздравил всех с наступающим праздником.

Далее состоялся просмотр новогодних передач, вечерняя поверка и отбой как обычно, в двадцать два ноль – ноль. Спустя час сержантский состав, включая дежурного, куда-то исчез, и некоторые из курсантов в тапках и трусах сбегали в умывальник. Оттуда вернулись, благоухая парфюмом и отрыгиваясь. Сашка в этом не участвовал. Крепко спал.

А спустя еще несколько дней состоялось главное, чего ждали. Первый практический прыжок с небес на землю.

Об этом объявили на утреннем построении, чтобы было меньше мандража*. Прыжок предполагался без оружия, с высоты восемьсот метров с самолета Ан-2.

Ночью прошел обильный снегопад, стоял легкий морозец.

Все были в зимнем камуфляже (штаны по грудь на подтяжках, бушлат, под ними теплое белье) шапках-ушанках и валенках с резиновыми бандажами, чтобы не слетели в воздухе. На плечах заранее уложенные парашюты.

– Рота! Напра-во! Вперед шагом марш! – скомандовал капитан Варава.

Шеренгами по четыре миновали открытые ворота с караульным, вышли на лесную дорогу.

По бокам в белых одеяниях кусты и деревья, из глубины чащи дробный стук дятла, скрип снега под ногами.

За полчаса, то бегом то шагом, добрались до аэродрома. На нем серела бетонная вышка КДП* с антеннами, блестели инеем ангары, на стоянках стояли самолеты.

Роту выстроили на взлетной полосе, началась посадка в машины из расчета девять курсантов и выпускающий офицер на борт. Внутри фюзеляжа рассаживали на дюралевые скамейки по бортам.

С одного пять человек, там, где дверь – четыре. Прыгать полагалось только после хлопка выпускающего рукой по плечу и команды «пошел!». Им в данном случае являлся командир третьего взвода старший лейтенант Грачев.

Сашка оказался четвертым по правому борту, пятым, с напряженным лицом Витька.

«Наверное, и у меня такое» мелькнуло в голове.

Грачев закрыл дверь, взревел двигатель, «Аннушка» взяла разбег и взмыла в небо. Сашка почувствовал ощущение полета. До этого никогда не летал.

Разве что только в шахтной клети. Самолет сделал разворот, в иллюминаторах отразилась утренняя заря у горизонта. День обещал быть погожим.

Через минуту поступила команда «зацепить карабины!» – выполнили. Самолет стал кругами набирать высоту. Над кабиной летчиков впереди на переборке имелись три фонаря: оранжевый – «внимание», зеленый – «пошел» и красный «отставить».

Вначале зажегся оранжевый, летчик развернулся в кресле и кивнул выпускающему.