Танго Агарта. Часть 2. Клон

Но потом Союз рухнул, и все изменилось, генерала турнули, а ему на смену пришел полковник. В прошлом офицер тыла* и зять крупного банкира.

Для начала он провел инвентаризацию всего имущества резидентуры и, посчитав, лишними три конспиративные квартиры, толкнул их не без ведома посла, через риэлтерские агентства Парижа за весьма приличную сумму. А чтобы все выглядело прилично, списал как пришедшие в негодность. После массовых беспорядков арабов. Мол, сожгли, суки.

Дальше пришла очередь выплачиваемых по специальной статье финансов, и вместо агентуры их стали получать «мертвые души».

В Центр стали гнать «липу», и полковник вскоре получил лампасы, а потом нагрянула проверка, и все вскрылось. Генерала отозвали в Москву и примерно наказали, отправив начальником кафедры в Военно-дипломатическую академию, а оперативникам приказали молчать, обещав в противном разе сделать «козью морду».

– Хрен вам, – сказал про себя лишенный последних иллюзий Веселов и свалил до лучших времен в Соединенное Королевство.

Там он предложил свои услуги коллегам из "Сикрет Интеллидженс Сервис"*, но они только рассмеялись. – Ты опоздал майор, у нас уже полно ваших полковников и даже генералов.

Однако взяли на учет и даже оформили вид на жительство.

Затем, поочередно, Олег работал таксистом, вышибалой в пабе и переводчиком в Британском музее (знал фарси и три европейских языка), который в пору изредка посещавшей его меланхолии, как-то навестил опальный олигарх.

Ему глянулся спортивного вида, являвший признаки интеллекта разбитной соотечественник, и, после тщательной проверки, тот был принят на работу к Борису Абрамовичу личным водителем.

Затем последовали два повышения, и, после известных событий, он занял место Литвиненко.

Когда смазливая стюардесса, белозубо улыбаясь, пригласила пассажиров к выходу, Олег встал, взял с полки небольшой кофр, и, весело насвистывая, пошагал по ковровой дорожке в ее сторону.

Проходя мимо, наклонился к красотке, – грацие, и незаметно ущипнул ту за попку.

– О! – сделала она круглые глаза, но улыбаться не перестала. Это была часть ее работы.

Выйдя на верхнюю площадку залитого солнцем трапа, Веселов надел темные очки, и воскликнув по-русски, – привет тебе, Вечный город!– быстро сбежал вниз по ступенькам.