В закрытом гарнизоне-2

Командир турбинной группы и по совместительству наш комсорг, Мальцев отличается богатырской статью, решительным командным голосом и умением «гнать пургу». Так что за судьбу «Паспорта» можно не беспокоиться.

– Ну, вроде бы все – скрипит стулом заместитель. – Вопросы есть?

– Нам бы того, новую гитару, – нерешительно говорю я.

– Ага, и еще барабан, – подпрягается Витя Будеев.

– Так я ж вам с месяц назад выписывал целых две, где они? – широко распахивает глаза Башир Нухович.

– Одна поломалась, – вздыхает Саня Ханников и косится на Луку.

Накануне, пытаясь переоборудовать одну из гитар в электрическую, умельцы устроили небольшой пожар, и инструмент приказал долго жить.

– Ладно, найду я вам гитару, и барабан, – вздыхает капитан 2 ранга. – А тренироваться будете здесь, в ленкомнате. И чтоб матерных песен мне не петь, ясно?

– Точно так, ясно! – дружно отвечаем мы, проникаясь ответственностью мероприятия.

Всю следующую неделю, после ужина и до отбоя, мы осваиваем нужный репертуар в ленкомнате и ДОФе, куда нас водит лейтенант Мальцев.

Дела идут неплохо и все довольны. Особенно Желудком. У него отличный лирический баритон и врожденное чувство такта.

– Молодец, Миронов, – довольно гудит Соколов. – А я думал, ты только жрать умеешь.

– Не, – хитро ухмыляется Витька, – и петь тоже.

Кроме нашего, в смотре принимают участие еще шесть, обучающихся в Центре экипажей Северного и Тихоокеанского флота, матросы из команды обеспечения и местный подплав.

Ветер

Над Кольской землей, завывая, несется ветер. Он кружит в воздухе снежные вихри, гонит по заливу свинцовые волны и тоскливо воет в сопках.

Пролетая над одной из отдаленных губ, так в Заполярье именуются заливы, ветер замедляет свой бег и немного стихает.

Внизу, в мутной полутьме, размыто просматривается база, холодные, застывшие в припайном льду, тела ракетоносцев и обшарпанные казармы на берегу.

Справа от них, в отдельно стоящем здании, с приткнувшимися рядом «Волгой» и несколькими «Уазами», в окнах тускло горит свет.

В просторном, расположенном на втором этаже кабинете, меряя его шагами, задумчиво расхаживает человек.

Ему далеко за сорок, на черной, с орденскими планками, габардиновой тужурке погоны вице-адмирала, а в зубах дымящаяся сигарета.

Внезапно за спиной раздается вкрадчивый звонок «вч», человек подходит к покрытому плексигласом массивному столу и снимает с аппарата, телефонную трубку.