Очень высокие горы. Восхождение

Местные рассказывают, в давние времена из-за сильных ветров долина была бесплодна, и тогда жительница селения по имени Сулахат поднялась в горы, легла и загородила ветрам дорогу, жертвуя собой. С тех пор долина ожила, зацвела, заколосилась…

Пик Алибек. Красавица Белалакая. Каменный клык – Зуб Софруджу. Пик Театральный. Когда-то некие странные театральные деятели зачем-то решили взобраться на него без инструкторов. Забраться забрались, а спуститься не смогли – пришлось им звать на помощь… Как небезызвестному отцу Фёдору[6 - Отец Фёдор – герой романа И.

Ильфа и Е. Петрова «Двенадцать стульев».].

Огромный горный комплекс Джугутурлучат (в переводе на русский – место обитания туров, или «турово пастбище»). По его почти отвесным склонам на досках катаются совершенные черти – хелирайдеры. Их забрасывают на лёгком вертолёте, а оттуда они практически падают вниз, лишь слегка касаясь ледника плоскостями сноубордов. Эти парни – они даже не крутые, они вообще с другой планеты!

Гора Золушка – малый пик Инэ.

И, наконец, красавец-четырёхтысячник – Домбай-Ульген с нимбом из облаков над головой. Когда-то в разговоре с Полковником Юра поинтересовался: поднимаются ли на него? «На него? Конечно! Только это не трекинговая, это настоящая гора. Альпинистская. Сложного уровня». Теперь Серов видел: склоны у Домбая круты и обрывисты, и без специального оборудования на них не взойти.

А за Домбаем по кругу – Мусса-Ачитара с подъёмниками и крапинками катающихся людей. А на горизонте – Эльбрус.

А за Мусса-Ачитара начинается долина реки Домбай-Ульген.

И опять: Семёнов-Баши, Сулахат, Алибек, Белалакая, Зуб, Театральный, Инэ, Эльбрус, долина…

И ещё…

И снова!

Горы, горы, горы…

Вариометр пел, повышая частоту, а они продолжали закладывать виражи. Ещё чуть выше! Ещё!

– Не укачало?! – кричит Костя, подтягивая левую клеванту.

– Нет! – Юра снова осторожно бросил взгляд вниз, высота здорово прибавилась. – А если укачает?

– Пакетик выдам! А то испачкаешь мне тут…

– А я думал, на землю вернёмся, – нервно хохотнул Серов.

– Не-е-е-е. Зачем? У меня был один… Его затошнило. Я ему пакетик. Его вырвало. Спрашиваю: может, вернёмся? А он: нет! Мне, говорит, всё нравится, давай ещё! Чего, спрашиваю, ещё? Пакет, говорит, давай ещё…

Вариометр в очередной раз спел «ти-та-та» – и смолк.

– 3100. Всё! Выше не пойдём. Наслаждайся!

Они парили. Подобно птицам… Птицам, мчащимся среди заснеженных вершин.