Красная икра – 2. Записки сахалинского таёжника. Девятая книга

Тимоха на ощупь нашёл большую дровину и приволок костру.

– Что, не капит? А что сидим, дров то нет.

– Как искать в потёмках, хватит дров.

– Вова, ты точно сёйчас по башке получишь, хотя смысла нет, ты с детства больной.

– Ты Тимоха базар то фильтруй, – Вовке ну очень не понравилось это оскорбление, ведь оно обоснованное.

– Слушай Вова. Заткнись, базар фильтруй. Тоже мне блатата нашлась. Я тебя Вова последний раз предупреждаю, не лезь руководить. Таких руководителей как ты вешать надо. Ты здесь профан, дилетант и не тебе судит, хватит дров или нет.

Народ нехотя поднялся, принялись на ощупь искать дрова. А что сделаешь, Тимоха прав, дров мало. Не кому не хотелось отходить от костра. Полчаса лазили по лесу, икали дрова на ощупь, к костру волокли всё, что попадало под руку. В радиусе тридцати метров выбрали буквально всё что было. Костёр горит, дождь идёт, навес слегка капит. Навес не может укрыть шестерых человек.

Почему люди и нехотя принялись собирать дрова, они боялись за свои места под навесом. Тимоха не боялся, что не достанется места под навесом, он некогда не был чайкой, а пошёл в лес с типичными чайками. Раз не боялся, то и остался без места. Он не расстроился, укрылся ковриком и Ильичу предоставил укрытие. Одному было не плохо, к тому же Мурка нагло суёт голову под коврик, хитрая собачка, тоже от дождя прячется. Ильич родственник, брат двоюродный, хочешь, не хочешь, надо делиться укрытием.

***

За полночь, дождь сбросил обороты, народ пристроился возле костра на голой мокрой земле. Браконьеры пытаются хоть немного поспать. Парниша на коврике устроился и снова на пополам с Ильичом. Мурка, собака такая, залезла, чуть ли не на голову хозяину, не хочет спать на сырой земле.

Наверное, ворсинка собачьей шерсти попала хозяину в глаз. Тер, тер глаз, бесполезно, только веко опухло и покраснело. Моргать больно и спать не возможно, а все спят. Дождь уже прекратился, только с ёлок падают последние редкие капли.

Как долго тянулась ночь, как долго наступал рассвет. На востоке посветлело и замерло, как будто земля остановилась. Потому что Тимоха уставился слезящимся правым глазом на восток и ждёт, ждёт. Травмированный левый глаз закрыт, так оно легче. Но всё равно больной глаз непрерывно слезится. А почему стал слезиться здоровый глаз, вопрос конечно интересный. Опять он попал, всё у него не как у людей.