Красная икра – 2. Записки сахалинского таёжника. Девятая книга

Но каждый день, на завтрак, на обед, на ужин брюшки – это уже не хорошо. Надоедает однообразная пища. Когда нет возможности, ты как-то свыкаешься.

Взять тот год, неделями ели брюшки с рисом вонючим и нечего, нормально, да даже вкусно, с аппетитом ели. Просто не было возможности, питаться другой пищей. В этот раз была возможность, разнообразить свой стол. Да даже не возможность, а уверенность, что с завтрашнего дня будим жить, точней есть по-другому. И хлоп, снова жуй брюшки горбушовые. Сварил ужин, и бригада подошла.

– Вы как будто в ельнике сидели, ждали, когда рис свариться, сварился и сразу нарисовались.

– Погода Тимоха не та, в ельнике отсиживаться. Сыро, осень на подходе.

– Сыро, я минут двадцать купался, временами окунался, чуть ли не с головкой.

– Много рыбы?

– Кишит! Мало рыбы. Вода на Десне мутная. Сверху тухляка нанесло, низа позабивало.

– За ночь подтянется рыбка, завтра будет хорошая рыбалка.

Браконьеры поужинали, и в лежку. Печка потихоньку фырчит, на закрытом поддувале.

Дверь на распашку, а из двери дымища валит, гуще чем из трубы.

– Курим мы много, – сказал Васёк, и чуть было не поперхнулся. Он просто забылся.

– Ага, и сахара много едим, что ещё скажешь? – Тимоха приподнялся с нар и так посмотрел на бригадира.

– Давайте спать, – Васёк отвернулся и чуть ли не с головой накрылся одеялом.

Да, курят ребята много. Пришли в зимовьё, сразу открыли пачку Беломора, на работе курево кончилось. Перед отбоем открыли очередную пачку папирос.

Сахар тает на глазах. Что такое десять килограмм на пять человек, находящихся в лесу на сидячей работе.

На переработки икры куришь много, на ходу куришь. Есть полные, большие перекуры, примерно часа через два, полтора. Все идут на тузлучницу, курят, пьют чай, потом снова курят. А на рыбалке, чуть ли не после каждой ямы смалят.

До сегодняшнего дня так не курили, как перед эшафотом. И чай пили полусладкий. Потому что экономили. Теперь сахара много, а курева так вообще целый блок, блок Беломора – это сорок пачек.

Пройдет всего каких—то, два дня, сахара станет мало, курева тоже станет мало.

Очередной рыбацкий день начался с аврала. Всё-таки положило вольерную сетку, не всю, половину, от берега. Ночью снова поливал дождик. Тимоха вчера распорки ставил с сухих ивовых, да ольховых веток. У него с собой не было не топора не ножовки. Сегодня инструмент взял, потому что предвидел крушение браконьерской забойки. Рыба в аквариуме есть, но не кишит.