Красная икра – 2. Записки сахалинского таёжника. Девятая книга

А Тимоха что сними пошёл? Он мог идти на Бахуру с любой совхозной бригадой браконьеров профессионалов. Не думал, в мыслях не когда не держал – выносить икру сырцом. Надоело сидеть в окно глядеть. Финансы у него постоянно поют романсы, столько напели, что хватит на пару сотен дисков! Получилось спонтанно, предложили, взял, да согласился.

Всему виной собака Мурка. Для людей в данной группе, таёжный опыт, трактовка не понятная, для них не существует таёжного опыта. Им нужна собака лайка, что бы медведей гоняла.

Допустим, совхозные браконьеры профессионалы взяли бы Тимоху с собой, только потому, что он имеет большой таёжный опыт, плюс свой человек.

В верховьях погода напоминает осень, сыро, морось давно уже не микроскопическая, кругом молочная пелена. Примерно полчаса ходу от развилки и тропа закончилась. Пошли по воде, ещё полчаса ходу, кажется, пришли! Где-то проскочили поворот заход на тропу, ту самую смётку в бамбук. Такие смётки по всему хребту, на каждой речке.

– Чего Тимоха встал? Пошли дальше.

– Куда Вова дольше, ослеп что ли? Здесь ни кто не ходит, видишь, зелёнка цела, не ломана. Проскочили мы заход на тропу. Я тебе сказал, что тебе путь дурак объяснял, ему следовало бы отрезать язык, по самую шею. Кстати кто такой?

Вова не выдал дурака объяснившего ему путь. Отсюда следует, что Тимоха хорошо знает того устного Сусанина. Вся бригада собралась в кучу.

– Тимоха, думай, ты у нас спец, – сказал Ильич.

Вот так-то в жизни, собака у них уже на втором плане, они стали понимать, что есть такой таёжный опыт, оказывается, существует.

– Валёк, вспоминай, ты ведь ходил здесь.

– Да я Тимоха давно на Бахуре был.

Парниша плюнул, выругался, спустился на пару сотен метров. Бригада УХ пошла вверх по ручью, потому что Мурка пошла вверх по воде и все за ней. У людей мозгов меньше чем у собаки, а было хотели положиться на опыт таёжника! Но решили что собаке видней, она лучше чувствует дорогу.

Всё-таки нашел тропу, если бы шёл внимательней, он бы не прошёл смётку влево.

Путь дорожка спряталась в бамбуке южного короткого, но крутого склона. Залез наверх по бамбуку по грудь. Наверху полоса ельника параллельно ручью, бамбука фактически нет. Рванул по тропе на запад, поравнялся с шестёркой отважных, ведомых молодой глуповатой собачкой!

– Эй, на барже, залазь наверх, я по тропе иду!

– Да здесь такой склон крутой и зеленки полно

– Пойдём дальше по ручью, может, будет подъём чище, да положе.