Медведь с лабаза. Записки сахалинского таёжника. Одиннадцатая книга

– Вот бы ты Коля лопухнулся с самодельными патронами на двадцать восьмой! – Тимоха засмеялся, но ему не смешно.

– Старый порох, послезавтра купим свежего.

– Сам знаю что старый. А ты уверен, что свежего купишь? Ведь сейчас мало кто патроны сам заряжает, предпочитают супер покупные, фирменные.

– Посмотрим, да должен порох продеваться. Хотя, может быть ты гад снова прав.

– Сам ты гад, иди за пузырём.

– Тимоха, одного нам мало, мне завтра на работу.

– Ну ты поприсутствуешь, нам на двоих бутылки хватит, да Валентина?

– Мне тоже выпить охота, спасу нет, знаешь как на душе мерзко, после всего этого.

– Знаю и понимаю. Что сидишь? Вперёд!

– Сейчас как дам вперед! Командир нашёлся, пошли вместе прогуляемся.

Ближе к ночи сидели и пили водку, сначала горько смеялись над своими промахами за последние дни. Потом когда водка зацепила на полную. Смеялись от души, укатывались от смеха. Рисуя картины, как медведь, с двумя пулями в голове бегает за двумя охотниками. Хочет вернуть каждому по пули, мол, заберите.

А охотники не хотят забирать, и мирится, не хотят.

***

Наступило послезавтра. Николай как раз сутки отстоял, отдежурил. Ближе к обеду поехали в город порох покупать. Правильно парниша сказал! Ишь чего захотели, пороха свежего купить! Говорят, время дефицита давно прошло, неправильно говорят. Проехали по всем охотничьим магазинам, которых в городе развелось немногим меньше аптек.

Всё правильно, людей болеет немного больше, охотников немного меньше, они, кстати, тоже болеют.

Свежего пороха негде нет, не в одном магазине. И вообще порох, к тому же сильно просроченный, на три года, лежит только в двух центральных магазинах. Кругом, повсюду готовые патроны.

Так что новоиспечённые, охотники новой волны, охотнички двадцать первого века заряжать патроны не могут, даже теоретически не знают, как это делается. Зачем лишние проблемы? Пошёл в магазин, купил, сколько надо, каких патронов, на кого надо. Прогресс идёт вперед. Теперь и автомобиль свой сами ремонтируют десять процентов владельцев, через пять лет один процент останется, который будет знать свой автомобиль.

Если глубоко задуматься, да даже и не глубоко, поверхностно. Сапоги должен тачать сапожник, а пироги пирожник. Воин, солдат, патроны на автомат сам не заряжает. Программист сам компьютер не ремонтирует, а автогонщик может только баранку крутить, не сможет объяснить разницу между карбюратором и топливным насосом. Каждому свое, разделение труда.