Записки сахалинского таёжника. Фирсово – Чехов. Книга вторая

– Пойти черемши, что ли посмотреть? – Андрюха сказал таким тоном, как будто именно в этом месте постоянно собирает черемшу.

Тимоха с удивлением посмотрел на соседа, но смолчал, а когда тот полез в лопухи на поиски черемши, не выдержал, подкусил напарника. – Андрюха, под восьмым лопухом на пятом кривуне. Там медведь косолапый и хромой черемшой торгует, меняет черемшу на молоко сгущённое!

– А вдруг найду, к ухе знаешь, как здорово черемша подойдёт.

– Черемша с ухой это не плохо. Водка под уху ещё лучше.

Пойти, что ли в лопухах водочки поискать!

– Ага, на десятом кривуне, под вторым лопухом пьяный в стельку медведь самогон гонит!

– Андрюха, какая черемша? Здесь, полмесяца назад вода шуровала глубиной с метр и каждый год шурует. Ты, наверное, сильно устал и перегрелся на солнышке.

– С непривычки, да я устал, в этом ты прав. Но черемша начинает расти в воде, вон на Лебяжке, из воды черемша лезет.

– Начинает расти в воде, но не везде. В прозрачной, стоячей воде, глубиной в пять, десять сантиметров.

А здесь течение пёрло, глубина за метр, вода гольная глина. Так что брось промышлять на счет черемши, пустая затея. Сильно не переживай, втянешься. Полмесяца по тайге пошарахаемся, втянешься. К осени, когда выберемся, если конечно нам в этом повезёт, станешь худей меня. Если не повезёт, придется становиться снежными человеками.

– А ты тогда вообще не видимым станешь. Невидимый снежный человек, – напарник рассмеялся.

– Я не поправляюсь и не худею, у меня постоянная масса тела.

Могу, как заяц корой питаться и не похудею.

Сварили ушицы, настоящий ушицы, без картошки, без крупы. Покушали, попили чаю, если бы не комары, нехватка никотина, Тимоха сказал бы хорошо. Андрюха было принялся с кучи наносника подтягивать большие коренья к костру.

– Зачем дрова, да такие большие, делать нечего? Дров у костра хватает. Пошел бы лучше черемши поискал, в речке.

– Вот ехидный, вот прицепился. Дрова на ночи нужны. Медведи толпой шарахаются.

Следов вон жуть сколько.

– Андрей, мы не в походе на огороде, а на маршруте. Нам завтра день идти. Или ты захотел остаться здесь пожить? Ночью спать надо, медведи тоже люди и по ночам спят.

– Да ну Тимоха, брось, медведи по ночам спят. Вон случаев сколько, только по ночам к палаткам и приходят, когда костёр потухнет.

– К нам не придут, меня здесь знают, месяц назад запомнили хорошо, поняли, что с таким связываться опасно.