Записки сахалинского таёжника. Фирсово – Чехов. Книга вторая

Уложил в костёр весь собранный уголь. Сели ужинать. Хорошо стало, как в городе, в частном секторе зимой! Слабенький ветерок крутит, гуляет по рассадку. Потянет в сторону палатки, становится ещё лучше, в лицо дышит родной запах кочегарки. Ну и вонища, дёрнул же Тимоху чёрт на тупой, глупый поступок.

Чёрт здесь не причём, после похода следовало бы сходить к психиатру. Но ведь не пойдёт. Дураков много видел, такого как сам, впервые встретил! Уголёк разгорелся быстро, за место густого серо-жёлтого дыма, повалил чёрный дым! Андрюха кушает, на товарища косится, головой мотает, улыбка ехидная, не нравится ему запах и дым костра.

Но по глазам видно что обстановкой доволен.

– С таким костром нам ни кто не страшен, да Тимоха?!

– Ещё бы. Всё живое в радиусе километра передохло! Деревья голые стоят, листва опала и в воздухе сгорела. А ты что кого-то боишься, хотелось бы узнать кого?

– Тебя. Кстати листвы здесь не было, листочки, только, начали распускаться. Поздно сюда весна пришла, год такой.

– Год как год, обычный и весна нормальная.

Просто кто-то до нас в этом районе жёг такой же костёр. Здесь листьев не было и больше не будит. Уголь радиоактивный, у тебя на днях волос посыплется.

– Ой, а у тебя язык от радиации отвалится! Как думаешь, до утра хватит?

– Чего хватит, ухи что ли? Я удивляюсь, как ты сразу всё не сожрал.

– Какой ухи? Угля в костре.

– А что ухи уже нету, ты даже не помнишь, что она была, – Тимоха покосился на котелок. – Ты проглянь, осталась уха. Андрюха, у нормальных людей в костре дрова горят.

До утра? До следующей весны хватит. Не какие пожарники не потушат, вечный огонь. Под нами угольный пласт, к утру он должен взяться.

– А ты откуда знаешь, что под нами угольный пласт. А, вспомнил, ты же в геологоразведках работал.

– Во-во. Я геолог старый, можно сказать рудознатец! Все приметы знаю. Вот допустим, если рогачки наклонились в сторону речки, значить внизу большой угольный пласт.

– Ну а если рогачки к костру наклонятся, то какой пласт, что тогда, а, рудознатец?

– Тогда знаешь что? Рогачки к утру сгорят!

Поужинали, в который раз посветлу залезли в палатку.

Вид бивуака наводит на ужас. Уголёк разгорелся на полную. С костра валит столб густого чёрного дыма. Как будто в костёр бросили охотоведа в болотных сапогах. Ветерок не чувствуется, но он крутит.

Через год, мельком удастся посмотреть подробную карту юга Сахалина. Скопировать карту не дадут. Владелиц карты тоже сволочь хорошая.