Папоротник. Пятая книга

Отсюда до верхней Литовской развилки падать полчаса, если идти верхом. Если идти по ручью, то часа полтора. Верхом можно пройти только зимой, летом здесь огромные заросли мощного, высокого бамбука и редкие берёзо-еловые клочки.

Не перекуривая, развернулся, побежал обратно. Беся идёт с парнишей, место здесь какое-то гиблое, мёртвая зона, собака не разу не тявкнула, не кто здесь зимой не живёт. На пятом капкане от начала путика ученик и охотник двоечник встретились.

– Ты уже обратно бежишь? Для тебя Дерсу побитые лыжи, это лишние.

Ты вон на голицах, глубокие распадки в лоб сигаешь. Так что нерпичью шкуру я тебе не дам. А то где-нибудь, в поворот не впишешься, мы даже не узнаем, где будет лежать приманка на медведя!

– А у тебя ещё есть шкура, да?

– Да достану я тебе нерпу. Корешок у тебя больно жадный! Ведь при нормальной обшивки хватило бы и тебе на лыжи, ещё бы осталось. На Ключе капканов много?

– Четыре штуки.

– Завтра по Ключу прогуляемся.

– Я Коля сейчас упаду на Ключ, а завтра по моей лыжне пойдешь по капканам.

– Ты что, там, на повороте будишь падать? Убьёшься. Мне Тимоха кажется, что зря здесь капканы стоят, не одного следа.

– Мне Коля это давно уже кажется. Ладно, побежал я почки и сердце жарить с картошкой.

– Ты смотри всё не сожри, а то дурно станет, ну а потом мы с тобой разберёмся, жёстко и быстро. Значит, ты вверх по Ключу не пойдёшь?

– Я сверху Ключа на избу приду. Четвертый капкан на треугольнике, там три ручья стекаются, это где-то часок ходу до избы.

***

Дошел по лыжне до крутого склона, стал падать, забирая к югу. Во многих местах приходится лететь вниз юзом, боком. Пока лыжи, как нож бульдозера не нагребут свежего снега и не остановятся. Упал на Ключ как раз напротив второго капкана. Сходил вверх до треугольника и рванул домой. Беся пошла с хозяином.

В избушки тепло, открыл потдувало на полную, подкинул сухоньких дровишек, заварил чая, слегка перекусил. Надо обед готовить.

На обед можно мяса разогреть, как раз хватит. Подумал и решил всё-таки дожарить ливер. Почистил остатки картошки, меленько порезал сердце и почки. Минут двадцать обжарил, добавил картошку. Сердце, это не печень, она жестковатое, а варилось меньше часу.

Обед готов, по времени Николай должен быть на подходе, а Гоша уже должен придти. Если конечно с перевала не пошёл другой дорогой. Обождал полчаса, не вытерпел, покушал, папиросу в зубы и в лёжку.