Последний аккорд. Четвёртая книга

Снова наглухо задраил дверь. Пластмассовое ведро со снегом поставил на полку для просушки обуви. Остальные ёмкости разместил на печке, подкинул дровишек. Ну что, теперь можно переодеться, двадцать часов в болотных сапогах. Вот это экстрим!

Ерунда, идя вперёд по жизненному пути, придется спать в болотных сапогах, по двое суток не снимать обувку. Переоделся, обуви в зимовье полно, вещи на себя надел чужие. Только носки, футболка с трусами, скажем, со своего плеча! Про носки можно выразиться нормально, носки со своих ног.

А вот про трусы нормально не получится. Ну, это смотря по человеку, для кого-то пошлость, вполне нормально.

Так что пусть, носки с трусами остаются со своего плеча! Ходовую робу развесил в печном углу, там гвоздей набито, тьма. На печки в ёмкостях снег растаял, слил воду в чайник, получилось почти пол чайника воды. Обождал, пока водичка закипит, время приближается к четырём часам ночи.

Между делом попробовал привести в чувство транзистор. Приёмник на избе тот самый, Росия-101, не работает.

Вытащил элементы питания, поставил батарейки ближе к печки. Пусть элементы прогреются, может, заработают. Почаёвничал с чайными сухариками. Варить кушать не хочется, и желания нет, также аппетит отсутствует.

Желание одно, завалится в люльку, делать баиньки. В избушке стало жарко, пришлось приоткрыть дверь, подкинуть в печку дров. Какие-то не правильные действия, надо было только дверь приоткрыть. Когда жарко, зачем в печку дрова пихать, их, кстати, не много? Мало дров, очень мало. Спать собрался, поэтому подкинул в печку.

Устроился на нарах поверх своего спальника, на двух матрасах. Затушил лампу, в избушки тьма кромешная. Только от печки через щели в дверки, через отверстия поддувала мерцает свет огня. Много навалило снега в отрогах хребта Шренка. Изба высокая, с чердаком и полностью засыпало. Может место здесь такое хитрое? Ну что товарищ обыкновенный турист, надо делать баиньки.

***

Ночью пришлось проснуться от холода, закрыть дверь, залезть в спальник, снова баиньки.

Наконец проснулся окончательно, биологические часы говорят, что уже давно наступило утро. В избушке кромешная темень, как в погребе. Свежо, можно сказать холодно, в спальнике нормально. Не успела изба прогреться, неизвестно, сколько месяцев в зимовье жил дед мороз.

Состояние как с глубокого похмелья, в придачу спина побаливает. Нащупал фонарик, посмотрел на часы. Неплохо поспал, время подходит к полудню. Время обеда, а он и не…, короче только проснулся.