Будь ближе к врагу своему, или Погоня за оборотнями

У нас город небольшой, и мы о таком человеке обязательно бы знали.

– А если залётный?

– Специально приехал сюда «мочить» и грабить? Чушь! Это проще было бы делать в Риге или Москве. Залётный – да, но не грабитель. У него другие цели…

– Кстати, почему ты думаешь, что преступник был один?

– Исключать ничего нельзя, хотя анализ происшествия и осмотра места преступления указывают, что действовал преступник в одиночку. Если и были сообщники, то в качестве заказчика или наводчика.

– А если это диверсанты? – лейтенант Озолиньш даже подался вперёд. – Ну, убили полковника, чтобы завладеть кейсом. Может, там было что-то важное…

Последние слова Озолиньша потонули в дружном хохоте.

– Начитался пацан детективов!

– Да ты хоть одного живого диверсанта видел? Или только на картинке, в чёрных очках, с мешком тротила…

– Ядерную бомбу полковник в кейсе носил!

– Запретить ему видик смотреть!

Олег успокаивающе поднял руку, стараясь погасить поток острот.

Он пытался стереть с лица расползавшуюся улыбку, но это у него плохо получалось.

– Хватит ржать, кони! Совсем парня за тучу загнали. Всё, успокоились! Мы здесь для того и собрались, чтобы выдвигать всякие, даже малоправдоподобные версии.

Дождавшись, пока утихнут последние смешки, Олег серьёзно продолжил:

– Зря смеялись! Такая версия вполне имеет право на существование, особенно с учётом месторасположения города и нынешнего бардака.

И прекрасно вписывается в схему преступления. Хотя отрабатывать её придётся только вкупе с другими версиями. Разрабатывать её как самостоятельную у нас нет ни сил, ни возможностей.

– Нужно связаться с особистами воинских частей гарнизона. Без их помощи нам эту версию не потянуть, – Тигерис что-то черкнул у себя в блокнотике.

Олег согласно кивнул головой.

– Короче, – продолжил он, – на данный момент наиболее вероятным я считаю личный мотив. Пока у нас на примете, по меньшей мере, два человека, имевших причины устранить Митрофанова.

Это военнослужащие танкового полка Татаринцев и Яковлев. Есть предположение, что жена капитана Татаринцева была любовницей Митрофанова, и капитан узнал об этом. А подполковник Яковлев был незаслуженно, по его мнению, обойдён им по службе.

Среди оперов возникло неясное брожение. Все принялись вполголоса обсуждать новость.

– А что, я видел Ленку Татаринцеву.