Ирий

Говорят, что это, из-за моего третьего глаза…

– Ты знаешь, где их искать? – Хвост весь задергался, от нетерпения броситься на поиски, этих загадочных и величественных камней, со странным названием «Кавказские горы», и повернувшейся к нему передом, удаче, в лице Стихоплёта.

– Иди так, чтобы Светило, утром торчало у тебя слева, а вечером справа. Кажется, это называется «юг». Дружище, я не знаю, так это или нет, но так, сука, говорит эта грёбаная карта!

Они вдвоём, принялись с неподдельным интересом, изучать обрывок карты.

Хвост читал, нечего незначащие для него названия рек, городов и поселений погибшей цивилизации и с жадностью впитывал их наименования: Кисловодск, река Лаба, Майкоп, Усть-Лабинск, река Кубань, река Белая, Домбай, река Терек, Главный Кавказский хребет, гора Фишт, перевал Азиш-Тау, и много ещё чего, а Боря, пытался понять, с помощью своего третьего глаза, что они значат.

– Я много видел книг, и даже читал, некоторые из них. Но таких бумаг, я не встречал… или, – он задумался, и уже через мгновение продолжил, – кажется, я встречал что-то похожее.

На стене висело…. По-моему….

– Где? – настала очередь загореться глазам Бориса неподдельным интересом. – Расскажи, я хочу посмотреть на них.

Хвост коротко, но очень доходчиво, не забывая упомянуть все приметы, рассказал, как найти провал, где он был ещё двое суток тому назад. И показал новому товарищу то, что нашёл там. Цветные картинки, вызвали у Бори Стихоплёта, лёгкий шок. Он с трепетом принялся их рассматривать, как самую дорогую и великую реликвию мира, пусть даже канувшего в небытие.

– Они… все сдохли, – тихо сказал он, – и все письмена на карте, тоже мертвы. Их убили. Сгорели заживо, от сильного огня… взрыва….

– Я знаю, – Хвост бережно завернул фотографии обратно в пакет и спрятал в карман. – Ещё, я там, нашёл бутылку. Думаю, её хватит, чтобы нам заплатить за хороший ночлег и жратву.

Боря одобрительно кивнул, соглашаясь со словами нового друга, и вернул бутылку хозяину.

– Нам пора,

Чапать туда,

Где нас с тобой, никто не ждёт…

Где мира,

Тугая нить,

Превращается в клубок,

Где ты – моток,

И я – моток,

Превращаемся в клубок! – сказал Боря Стихоплёт и поднялся на ноги, – К вечеру доковыляем.

– Отлично, – одобрительно кивнул Хвост, и последовал за попутчиком. – А сколько, до них идти? – тут же спросил, так и не дав придумать, новую строчку своему попутчику.

– Долго.

Больше молодые люди, не проронили ни слова.