Как птицы…

– Да я понимаю, но приказ….

– Забудь ты о приказе! В этом случае он не работает! Расслабься! Я уже здесь и только я отвечаю за всё, что здесь произошло!

– И что мне теперь делать?

– Повесь своё ружьё на плечо и отнеси его в свою будку. Или, если хочешь, можешь пока никуда его не нести и побыть здесь. Я сейчас осмотрюсь, попробую понять, что здесь случилось, а потом вместе пойдём обратно.

Видимо второй вариант показался Василию более предпочтительным. Он поставил своё ружьё на предохранитель, повесил его, как и советовал Марк, на плечо и подошёл к нему.

– Вот и отлично, а теперь не мешай, я быстро, – добавил Марк, сделал шаг в сторону и наконец, огляделся.

С того места где он стоял видно было не всё. Редкие прожекторы, что стояли вдоль забора, давали тусклый, рассеянный свет и, казалось, только размазывали изображение, удлиняя и увеличивая и без того огромное количество теней.

Да…, он видел то, о чём рассказывал по телефону Виктор Степанович, и в целом картина вроде бы совпадала, но Марка не покидало ощущение, что в этой картине всё немного не так, как он представлял.

Марк смотрел на искривлённые конструкции, видел два оторванных ригеля, лежащих, как и говорил начальник в пределах стройплощадки, видел колонну, рухнувшую на секцию забора, вырванную из ряда конструкций, вывернутую прямо со столбчатым фундаментом из уплотнённого песчаного грунта. Видел балку всё ещё крепящуюся одним концом, казалось, что на честном слове, к верхушке этой колонны, уходящую своим вторым концом куда-то за забор.

Всё выглядело и так и не так, как рассказывал начальник. Словно что-то витало в воздухе, Марк подсознательно это чувствовал, оно будто бы говорило ему, что всё не так просто, что самое главное ему ещё только предстоит узнать.

Марк видел и гусеничный кран – причину случившегося, как определил его непосредственный начальник, Виктор Степанович.

В первый момент Марку показалось, что кран опрокинут набок. В этом случае сразу становилось понятно, почему его решетчатая стрела двенадцати с половиной метров длиной плюс гусёк пяти метров лежат на земле между колонн с двадцать девятой по двадцать шестую ось.

Лежат в том же пролёте, где рухнула колонна, располагаясь под небольшим углом, и, как бы навстречу ей. Но подойдя ближе, Марк увидел, что это не совсем так. Сам кран опрокинут не был. Он, так же, как и в конце вчерашней смены, как помнил Марк, стоял вдоль двадцать девятой оси, но с одной разницей.