Источник

Мало того, все жители деревни скинулись на его дорогу, собрали и подати для святой церкви. Гарантировали помощь семье Аксёна, пока тот будет отсутствовать.

– И удивляться тут нечего…, – продолжал Игорь, видя округлившиеся Витины глаза. – Если разобраться, это только кажется удивительным, но иметь своего ходока от деревни было очень круто, особенно такого, как Аксён – Божьего человека.

– И как он сходил?

– Сходил нормально. О самом путешествии ничего неизвестно, но примерно год он отсутствовал, потом вернулся.

– Это как это?

– А так…! Все заметили, что пока Аксён ходил и урожай был выше и падёж скота прекратился, а пока он сидел дома, неприятности возвращались.

Так он и ходил всю жизнь.

Сходит, отнесёт подати, побудет немного дома и уйдёт опять.

Последний свой поход он совершил, когда ему было сто три года.

Вернувшись, сказал, что устал и больше ходить в Иерусалим не сможет.

Рассказывают, что пока он жил, а прожил он ещё три года, дожив до ста шести лет, никаких неприятностей в селе больше не было.

– Стабильно высокий урожай и поголовье скота неизменно растёт! – пошутил Витя стандартным лозунгом социализма.

– Ты зря смеёшься, так и было…!

– Не обижайся, я же просто так….

– Всё у тебя просто, – резко оборвал Игорь. – Он, между прочим, свою жизнь людям подарил, святой был человек, не говоря уже о том, что был нашим дедом.

– Извини Игорь!

– Передо мной не извиняйся, за Аксёна обидно…

Мальчишки надолго замолчали.

Потом пошли собирать в стадо разбредающихся коров.

Потом, видя, что Игорь по-прежнему сердится, Витя первый сделал шаг к примирению:

– Не сердись Игорь, извини! Расскажи, что было дальше.

Игорь помолчал ещё несколько минут и тихо ответил:

– Я, Витя, не сержусь, но ты должен понимать…, – он махнул рукой и замолчал ещё на минуту. Затем, видимо, преодолев себя продолжил:

– А рассказывать, в общем-то, и нечего. История закончилась. Разве что то, как он умер…

Игорь вопросительно посмотрел на друга.

– Ну, тогда слушай:

Нужно сказать, что наш далёкий предок был очень крепок и подвижен. Всю свою жизнь был в движении. Говорят, что он даже не ходил, а бегал лёгкой трусцой. Обычный ритм жизни ему не годился. Да и не был он обычным никогда, даже до этой истории с источником. С другой стороны, разве поручит Бог обычному человеку хоть что-то? – Конечно, нет.