В закрытом гарнизоне

 – Ты ж был старшина 1 статьи?

– Смайнали, – сокрушенно вздыхает он. – И еще легко отделался.

– ?!

– Ну да, – кивает чубатой головой Витька. – Загодковали мы после санатория по полной. Мол, позади три года морей и «вся корма в ракушках*». А чтоб молодым служба раем не казалась, стали их жучить. Ну, кэп и устроил нам «легкий крик на лужайке». Всех разжаловал и пообещал дембельскую автономку. Потом, правда отошел и отпустил с миром.

– Гуляйте, мол, засранцы.

После этого мы с Виталькой корчимся от смеха, а Витька невозмутимо на нас таращится.

Затем наступает время регистрации рейса на Чебоксары, и, поблагодарив гостеприимную Юлю, мы выходим наружу.

В воздухе запах осени, шелест листьев под ногами и высокое голубое небо.

Спустя час, мы стоим с Виталькой у ограждения перед взлетной полосой и смотрим на разноцветную вереницу пассажиров, следующую к одному из стоящих там самолетов.

За нею парусит клешами высокая черная фигура. У трапа она оборачивается и машет в нашу сторону бескозыркой.

Мы тоже машем в ответ.

– Прощай, Витька!

Собачий марш

Погожее июльское утро.

Синь неба над сопками. Ультрамариновая гладь залива. Застывшие у берега, черные тела ракетоносцев.

Над ними, радуя глаз, под легким бризом трепещут флаги расцвечивания, а рядом, на пирсах, выстроены экипажи в парадной форме.

Затем тишина утра нарушается размеренными ударами метронома со штабной плавбазы и, с последним, усиленным динамиками, бодрым голосом дежурного по флотилии.

– На-а Фл-аг и Гю-йс, смир-рна!

Шеренги чуть вздрагивают и замирают.

– Фл-аг и Гю-йс поднять! – несется над заливом, и команду сменяют бравурные звуки Гимна.

Союз нерушимый республик свободных,

Сплотила навеки великая Русь.

Да здравствует созданный волей народов,

Единый, могучий Советский Союз!

торжественно несется в высокое небо, и по флагштокам кораблей вверх ползут сине-белые и алые полотнища.

– В-о-льно! – следует после завершения Гимна очередная команда, и флаги величаво реют в прозрачном воздухе.

Далее экипажи перестраиваются в колонны по четыре, выходят через лодочные КДП* на бетон вьющегося под скалами серпантина, и следуют походным шагом к выходу из режимной зоны*.