Защитник Донбасса

Пообедав и захватив купальные принадлежности, отправились пешком на ближайший городской пляж, находившийся через две улицы. Под цветными тентами, на шезлонгах, а то и просто песке загорали отдыхающие. На мелководье в теплой воде резвилась и визжала малышня, взрослые покачивались дальше на голубых волнах. Вдали проплывал белый теплоход, в небе висели два воздушных шара с корзинами.

Отыскав свободный тент, расстелили под ним два пледа и переоделись в кабинках рядом. Первыми, радостно вопя, замелькали пятками к шуршащей пене мальчишки, Айк побежал за ними.

Мамы направились следом. Их обогнал Виктор, забежав по колено в воду, нырнул вперед головой. Появился метрах в двадцати впереди, замахал саженками к буям.

Генка с Максимом, оставшись под тентом, закурили.

– А жена у Беса ничего, симпатичная, – выдул Генка вверх струйку дыма.

– Симпатичная, – согласился Максим. – Только грустная.

– А чего веселиться? У них в Донбассе война.

– Это да. Я вот не понимаю, почему до сих пор Россия его не присоединила, как Крым?

– Я тоже.

Оба замолчали, повздыхали, размышляя о превратностях политики…

Блестя каплями на мускулистом торсе, подошел Виктор, уселся рядом с приятелями.

– Водичка класс! Почему не купаемся?

– Обрыдло, как икра в «Белом солнце пустыни», – сморщил нос Генка.

Мужики заржали.

– Так ты, значит, уже капитан? – взглянул на Бессонова Максим.

– Ну да. – Отряхнув с ног песок, Бес растянулся рядом. – Командую в «Спарте» ДРГ.

– Как платят?

– Больше, чем прежде, и регулярно.

Так что жить можно.

– Папа, папа! – донеслось от воды. – Смотри, как Айк плавает!

Щенок, смешно молотя лапами, резво двигался вдоль берега по воде.

– Сколько ему? – спросил Виктор Максима.

– Три месяца.

– Башковитый.

– У него родословная будь здоров. А папаша призер ряда выставок.

Накупавшись, женщины и детишки с Айком вернулись к тенту.

– Как водичка? – поинтересовался Максим.

– Во! – поднял большой палец Дима. – На все сто.

На пляже пробыли до вечера, вдоволь накупавшись и позагорав.

Еще прогуляли ребятишек на верблюде, которого водил у кромки воды смуглый абориген, угостились мороженым в летнем кафе и покатались на «банане».

Когда же раскаленный шар солнца наполовину утонул в море, оделись. Прихватив вещи, вышли на набережную. Там звучала музыка, вдоль многочисленных магазинов, кафе и ресторанов, в тени деревьев гуляла публика. С набережной свернули на знакомую улицу, вскоре были дома.