Битва за Курилы

Президент тяжело вздохнул:

– Признаюсь, это не укладывается в голове…

Он остановился. Ноги его не держали, и он знал, что это не от усталости. Наклонившись, Дмитрий Владимирович зачерпнул горсть снега и отправил в рот.

– Вы верите в Бога? – неожиданно спросил он.

– Не будем вдаваться в метафизику, Дмитрий Владимирович. Пока мы тут рассуждаем, люди живут и трудятся во враждебных всему живому условиях на полукилометровой глубине. – Незнакомец тоже взглянул на свои часы. – Нам уже пора.

Охрана вот-вот спохватится. Теперь, пожалуйста, коротко ваши вопросы.

Несколько секунд Президент продолжал молча идти по лыжне.

– Господи Иисусе! – наконец простонал он. – До сих пор не могу поверить…

– А придется, – твердо произнес Олег Львович. – Извините, что пришлось сразу вывалить на вас всю информацию, но так уж получилось.

– И вы в марте применили геотектонику?

– Это была только проверка. После вашего посещения Курил Япония стала активно демонстрировать враждебное отношение к России.

Они устраивали демонстрации вокруг нашего посольства, сжигали российские флаги, пробирались к нам на острова. Дело шло к битве за Курилы. Вот мы и решили продемонстрировать им наши возможности. Похоже, нам это удалось, и они притихли…

– На время, пожалуй, да, – согласился Дмитрий Владимирович. – И эти, как их, экипаж… Вы сказали, что их девять?

Олег Львович невесело улыбнулся.

– Было… Двое умерли.

– Одни мужчины?

– Это – мужская работа.

– И они по пять лет без женщин?

– Только мужики…

– Там же столько атмосфер… – Президент на секунду задумался.

Олег Львович снова улыбнулся.

– Давление – ерунда. Мы создали глубоководные жесткие скафандры, с помощью которых возможно передвигаться на глубине до шестисот метров. Другое дело – холод. Там постоянно чуть выше нуля, но наши приспособились.

– И они… Они живут без замены?

– Точно.

– У них есть семьи?

– Все добровольцы.

Они знали, на что идут.

– Вы сказали, – недовольно заметил Дмитрий Владимирович, – что только Брежнев был в курсе? Мне кажется, для любого первого руководителя страны оскорбительно узнать, что от него скрывают какие-либо государственные секреты. Более того, на мой взгляд, это преступление.

Олег Львович с осуждением посмотрел на него.

– Ну, знаете… Генсеки и президенты приходят и уходят, а Россия остается.