Былое

Семьи обоих дедов моих в лихие годы строительства

социализма и коллективизации были раскулачены. Дед

Ефим избежал тюрьмы, поспешив записаться в колхоз

всем семейством, а вот деда Алексея по доносу одного из

выпоротых им до революции воров леса, сослали на 10

лет в один из лагерей Коми, где он и умер, отсидев до

звонка, и уже вольным добравшись на ж/д вокзал Сык-тывкара.

Мне не довелось видеть в живых никого из своих

бабушек и дедушек. Зато я знал всех братьев и сестёр отца

и многих из их детей, т.

е. своих двоюродных братьев и сестёр. Со многими из них я был дружен, с благодарностью

и теплотой вспоминаю наши детские похождения, забавы

и проказы.

С родными по линии матери встречаться довелось

гораздо реже. Это видимо потому, что деревня Климово, где родилась и выросла мать, в конце 40-вых перестала

существовать, её жители разъехались. А вот деревня отца, Свертнево, что в 10-ти километрах от Климово, жива, по-моему, до сих пор.

Места вокруг Свертнево чудесные.

Я провёл в этой

деревне 5 летних каникул: после 4-го, 5- го, 6-го, 7-го и 9-го классов, влюбился в лес, в рыбалку, в охоту и уже тогда

решил, что вряд ли буду жить в степных краях, а буду искать места ближе к лесам и воде.

2

Былое

То, что я здесь напишу – для

близких и родных мне людей, для

моего семейного круга.

Повторюсь: я изложу здесь

только то, что крепенько засе-

ло в памяти, или, на мой взгляд,

является поучительным для

вас, дорогие мои потомки.

Годы дошкольные

так. Мои родители попали в город Шахты по итогам Великой Отечественной. Отец мой после осво-бождения из финского плена в 1945-м не был от-И пущен до дома-до хаты, а был принудительно

направлен на восстановление разрушенных шахт Донбас-са.

В 1946-м за ударный труд получил короткий отпуск

и поехал на родину, где женился на моей матери. Через

несколько дней после свадьбы батя заболел тяжёлой

формой воспаления лёгких, от которого едва не сыграл в

ящик.

В Шахты молодожёны приехали уже в 1947-м с 4-х

месячным опозданием отца из отпуска. В те годы это считалось преступлением и каралось лагерями. С большим

трудом, не взирая на наличие документов о болезни, отцу

удалось избежать лагерей.

Отец мой вплоть до выхода на пенсию в 1967-м, проработал на шахте Нежданная слесарем, затем бригадиром

слесарей

на

участке

«Водоотлив»

горно-

механического цеха.