Привет, Питония!

Одним словом, зайти в спящую согласно распорядку дня роту незамеченным для дневального, то есть меня, пусть и потерявшего на какое-то время контроль над ситуацией, всё равно будет непросто.

Это сейчас главное, всё остальное потом…

Возвращаюсь из забытья разом, моментом!

Слышу разрозненные пока ещё немногочисленные шлепки тяжёлых «гадов» по старинным каменным ступенькам лестницы за намертво охраняемыми мной входными дверьми, к которым по-прежнему прижимаюсь головой.

Глаза тут же находят часы над ней, где безжалостные стрелки равнодушно указывают на пять минут восьмого.

Проспал.

Рота проспала на целых пять минут.

Не задумываюсь, вскакиваю и громко, что есть мощи в пересохшем горящем горле, кричу положенное для дневального в этот час:

– Рота подъем, – и далее не по уставу, – всем срочное построение на зарядку.

На лестнице уже во всю слышен дружный топот нахимовцев других рот с нижних этажей нашего здания, спешно спускающихся вниз на улицу для утреннего пятикилометрового кросса по набережным самого красивого города Мира.

У нас же пока лишь слышны первые хриплые голоса старшин классов-взводов, привычно подхвативших команду дневального на побудку и выход на построение. Тут подгонять никого ненужно, отделения во взводах негласно постоянно соревнуются в скорости выхода на построение друг с другом, – это интересно, забавляет! – а взвода с взводами, роты с ротами. Но наша рота сегодня, похоже, вне конкуренции со своими соперницами на курсе. Впрочем, меня это сейчас совсем не волнует: снова с огромным трудом фокусируюсь на тумбочке, – последние телодвижения отнимают накопленные на палубе силы! – бойко выбегающие в коридор товарищи, расплываются, не позволяя отыскать среди них своих сменщиков.

– А ты, почему ещё здесь? – неожиданно слышу позади себя голос Ильюшки. – Твоя ж смена уже как два час назад завершилась.

– Да, наверно, но я, кажется, проспал, – поворачиваюсь на голос, – как-то… незаметно отключился.

– О!.. – да у тебя глаза, кажется, красные… и мутные, – беспокоится товарищ. – Ты, дружище, часом не заболел? Чего молчал-то, когда я тебя будил?.. Срочно мерь температуру и… в санчасть.

– Где я тебе тут градусник… возьму? – бурчу под нос по инерции… недовольно.

– Как где? – дивится моей непонятливости. – В тумбочке… в аптечке.

Точно.

Я же стою на волшебной тумбочке, где имеется всё… на все случаи жизни.