Блаженство кротких

Одолев омлет с грибами, он растянул удовольствие чашкой кофе. Бросил скомканную салфетку на блюдце. Хлопнул себя по куртке.

Малтфон забыл. Придётся вернуться.

Зашёл к себе. Взял малтфон.

На выходе помялся, одолеваемый неясным чувством. Никогда не соблюдавший примет, Ерохин заставил себя глянуть в зеркало. Решительно вышел, закрыв дверь.

Майор не подозревал, что в уютную общагу с манящим запахами кафе, он больше не вернётся.

Этим утром Ренат не включал компьютер. Разложив лист двойного формата (в мусорном ведре уже валялись три скомканных), он вырисовывал кружки с линиями и стрелочками между ними.

Полежаев проскочил мимо, остановился, и шагнул назад (видимо для большей театральности). Склонив голову, он уставился в лист.

– Ну, что, Пинкертон? Ты бы развесил портретики, – Он махнул в сторону коричневой доски, сиротливо пустующей рядом с настенным экраном. – Что бы всё было как в сериалах.

Хабибуллин молча скомкал лист. Выложил чистый. Поднял глаза на Полежаева.

– Вот скажи, Юр, – В это время вошёл Варёный.

Ренат продолжил к обоим:

– Может ли в наше время существовать секта или тайная организация, проросшая в общество?

Варёный удивлённо поморщился. Полежаев хмыкнул и вальяжно развалился в кресле.

– Я смотрю, этот Климов подкинул вам уголька в топку.

В последние дни он перешёл от неприятия к подтруниванию. С позиции наблюдателя. А новым делом, к которому подключил свою хвалёную агентуру, намеревался открыть счёт в партии с начальником.

Варёный присел напротив, поставил локти на стол, сцепив ладони домиком.

 – Ренат, ты сейчас о тех двоих, из списка? …Так был же ответ. Общество солнцепоклонников не обнаружено. …Там ещё бог какой-то… древнегреческий.

– Древнеегипетский, – поправил Ренат.

– Атон! – Полежаев вскинул глаза и поднял ладони. Затем довольно осклабился, – Это из ответа сектантского отдела. Ренат, ты не доверяешь отделу полковника Серикова?

– Я пытаюсь рассмотреть под другим углом. – Ренат подвинул к себе планшет.

 – Это я к вопросу: за что их всех устранили? Кому помешали? Они что, депутаты, журналисты, банкиры или промышленники? Вот: два медработника, охранник, эксперт кадрового агентства, офицер-пограничник, экспедитор, – возбуждённо перечислял Хабибуллин известные факты, – За что их устранять так мудрёно? – Он сделал вопросительную паузу, – А вот если все они были членами какой-то секты, – он покрутил пальцем в воздухе.

Махнув рукой, Полежаев отправился к своему столу.