Блаженство кротких

– Ну вот зачем этому козлу нужны кровь, моча и тест на беременность от экзальтированной женщины, морально опустошённой, бьющейся в путах душевных мук и поисках утерянных сакральных ценностей, да ещё цитирующей Блаватскую?

Стенания неудавшегося агента стали лучшей колыбельной для Сергея, сладостно плывшего в туманную даль.

23. Гусельникова

Утро ударило в набат.

Разбился Козак. На мотоцикле влетел в опору развязки. Без документов, личность установили этой ночью.

Слова генерала Мостового были пронизаны скорбью о трагически погибшем перспективном молодом сотруднике.

Речь прерывалась плачем Ирины. Не выдержала даже Тамара. Смущённо отводил розовые глаза капитан Хабибуллин. Бледный Можайский, так и не успев объясниться с генералом, сидел молча, потупив взгляд.

Огромный букет гвоздик в строгой вазе чернённого серебра стоял под траурным портретом в вестибюле.

Отходя от шока, сотрудники возвращались к работе.

Овечникова находилась в коме, в стабильно-тяжёлом состоянии.

Ренат с Олегом отправились по адресам персонала санатория. По первым двум – никого, что наводило на подозрения. Третья точка находилась в одной из циклопических многоэтажек Купчино.

– Здесь, – сказал Вареный, глядя на белую табличку с номерами квартир. Домофон ответил женским голосом, – Да? Кто там?

– Гусельникова Наталья Николаевна?

За паузой последовал неуверенный вопрос, – А кто спрашивает?

– Откройте, полиция, – выпалил Варёный, а Хабибуллин, мягко сдвинув его, добавил, – Нам надо прояснить некоторые вопросы по санаторию, в котором вы работаете в бухгалтерии.

Так?

С глухим урчанием щёлкнул магнит, и стальная дверь подалась наружу.

На четвёртом этаже выглядывала испуганная женщина средних лет в домашнем халате. Из-под цветастого шарфика на голове выбивались темно-русые локоны. Пахло сырой пылью и туалетной химией.

– Вы извините, я тут прибиралась. – Она рассеянно глянула в удостоверения, – Не разувайтесь, проходите на кухню.

А что случилось? Санаторий же на ремонте, я в отпуске.

Со слов Гусельниковой, за четыре года работы, она не слышала о каких-либо подозрительных методах лечения. Вопрос о приверженности отдельных сотрудников нетрадиционным религиям, она не поняла. Затем, прояснив, мило улыбнулась.

– Солнцепоклонники? Какая там религия? – Она склонила голову набок. – Чудачество всё это.