Ночной нарушитель (сборник)

ночи

Удачливый Ли выбивался из сил – не мог выбраться из плена, ворочался в воронке, пробуя выдернуть то ногу, то руку, если ему удавалось освободить одно, то обязательно увязало другое, снег засасывал его. Корейцу казалось, что он попал в чей-то настырный жадный желудок и желудок этот сейчас перемалывал, переваривал его, еще немного, – и он превратит человека в жидкий помет, в блины, которые корова оставляет после себя на зеленом сочном лугу… Он застонал.

Переведя дыхание, на несколько минут застыл – надо было отдышаться, собрать себя «в кучку», как говорят русские – это выражение Удачливый Ли услышал в Хабаровске, оно ему понравилось, – понять, что делать дальше.

Похоже, он попал в ситуацию безвыходную.

Он подтянул ко рту одну руку, затянутую в плотную, от пота сделавшуюся заскорузлой перчатку, подышал на нее. И хотя теплый слабый пар не проник сквозь кожу, Удачливому Ли показалось, что пальцам сделалось теплее.

Как хотелось бы ему сейчас очутиться в Сеуле, в тамошнем тепле, посидеть в дорогом «Харигаке», в котором кормили Путина, и выпить водки «Сан Су Ю», изготавливаемой из риса и фруктов… Удачливый Ли застонал вновь.

На глазах у него проступили слезы, он сморгнул их, но оказалось, что сбил он с ресниц только чуть влаги, самую малость, большая часть слез осталась, прилипла к ресницам, жгла теперь глаза. Ли всхлипнул опять – жалко ему было себя.

Неожиданно где-то далеко прозвучала и оборвалась человеческая речь, очень тихая, но отчетливая. Удачливый Ли напрягся, чтобы услышать ее снова, понять, о чем говорят люди, но голос тот больше не раздался, увял, вместо него наверху пьяно, куражливо загоготал ветер, сгреб с земли грузное беремя снега, разбойно запузырил его вверх, в небо и поспешно унесся в сторону, там тормознул, замер – интересно было, как тяжелое беремя это грохнется на землю.

Беремя грохнулось так, что Удачливый Ли, рассчитывавший хоть немного вскарабкаться вверх, придвинуться к горловине воронки, ухнул вниз, в прокаленное холодное нутро и замер там неподвижно, боясь пошевелиться.

Что угодно он ожидал, но только не этого, не капкана…

Спасти Удачливого Ли теперь могли только русские пограничники, больше никто, – Ли слышал, что если они засекают нарушение нейтральной полосы или что-нибудь в этом духе, то пока не докопаются до причины, до того, почему сработала тревога, не отступаются, вот на это упрямство русских пограничников теперь Удачливому Ли только и оставалось надеяться…

1 января.