Охота на охотников

Душу приятно теплила пачка долларов, и, надо полагать, если все будет в порядке, он получит еще. В будущем. У этой милицейской дамы есть, похоже, хорошие деньги. Каукалов нутром чувствовал: есть! Губы у него дрогнули, раздвинулись в спокойной, хотя и несколько неуверенной, улыбке – он понял капризный и одновременно жесткий характер Ольги Николаевны.

– Что будешь пить? – спросила Ольга Николаевна серебристым оттаявшим голосом.

Каукалов сделал неопределенный жест.

– Что дадите, то и буду.

– Есть виски шести сортов, французский коньяк четырех марок, шампанское, водка разная – финская, шведская, русская, немецкая, американская, есть джин с тоником и джин отдельно, тоник отдельно, естественно, тоже есть… Впрочем, что я спрашиваю?! – Ольга Николаевна усмехнулась, открыла бутылку «Лонг Джона», налила в широкий хрустальный стакан с тяжелым донышком немного золотистой жидкости, добавила содовой воды, из морозильника, расположенного тут же, в баре, достала несколько кусков льда, кинула в стакан.

Протянула стакан Каукалову.

– Развлекись пока этим, а я переоденусь.

Ольга Николаевна исчезла, оставив Каукалова одного в комнате. Он отпил из стакана немного виски, поболтал во рту, словно бы старался понять загадку этого напитка, проглотил, поставил стакан на полированный журнальный столик и, не удержавшись, восхищенно прицокнул языком. То, что происходило, ему нравилось.

Вернулась Ольга Николаевна в таком легком и прозрачном халатике, что у Каукалова вдруг перехватило горло и ему сделалось жарко.

Ольга Николаевна, не обращая внимания на Каукалова, тоже плеснула себе виски, только из другой бутылки, с черной этикеткой. Это был «Джонни Уокер», – бросила в стакан два кусочка льда и опустилась в кресло. Сделала стаканом несколько круговых движений.

– Вот что, милый друг, расскажи-ка мне о себе. Абсолютно все. Ничего не утаивая.

Каукалов помял пальцами горло. Он рад бы рассказать, да говорить не может – так разогрело его переодевание Ольги Николаевны, ее привлекательная близость.

– Не хочешь рассказывать – не надо, – спокойно произнесла Ольга Николаевна и отпила из стакана. – Если мне что-то понадобится, сама узнаю. Слава богу, досье у нас заведено на каждого человека, – и добавила: – без исключения. А доступ к досье мне открыт.

– Я не… – Каукалов запнулся, отчаянно потряс головой, попробовал посмотреть Ольге Николаевне в лицо, но глаза его сами, без всякой команды, воровато скользнули вниз, к распаху халата, где виднелась ее голая нога.