Охота на охотников

Длина нормальная. – Ухватив пальцами складочку ткани на брюках, сильно потянула. Тонкие изящные пальцы Ольги Николаевны были цепкими, ткань на брюках затрещала, но не порвалась. – Ну что ж… – удовлетворенно заключила она и опять обошла Каукалова. – Все о’кей! Сам-то ты как ощущаешь себя в этой одежде?

– Нормально, – ответил Каукалов, хотя форма ему не нравилась – не только милицейская, а всякая вообще. Это присуще каждому человеку, прибывшему из армии: два года, проведенные там, способны отбить вкус ко всякой одежде, имеющей погоны, но высказываться по этому поводу не стал.

Из-под тахты Ольга Николаевна достала плотный полиэтиленовый пакет, кинула на ковер.

– Это – форма для твоего напарника, – потом вытащила еще один пакет, также кинула на ковер. – А здесь – полевая форма, пятнистая, два комплекта.

– Спасибо, – тихо, чуть растерянно, словно бы не зная, что сказать, поблагодарил Каукалов.

– Этот старый валенок Арнаутов зовет твоего напарника еврейчиком.

Он что, действительно еврей?

– Да.

– Час от часу не легче, – с досадою поморщилась Ольга Николаевна.

Каукалов развел руки в стороны.

– Что есть, то есть. Мы с ним знакомы со школьной поры, – Каукалов, любопытствуя, какое же звание Ольга Николаевна «присвоила» Илюшке Аронову, нагнулся, приоткрыл пакет, увидел три лычки на погонах – сержант, значит, будет Илюшка, – пошевелил пальцами босых ног. Получилось смешно, и Ольга Николаевна невольно улыбнулась.

Каукалов помял рукой ткань ароновской формы и спросил первое, что пришло в голову: – Мы в этой форме не запаримся?

– Не запаритесь! Наоборот, скоро зима, мерзнуть будете.

Подумав о том, что зима в Москве иногда выпадает жесткая, Каукалов согласно кивнул. А с другой стороны, слякотных, очень теплых зим тоже полно – сколько раз уже было, когда на первое января, в разгар самого лучшего зимнего праздника, шел нудный осенний дождь, обкладной, на весь день, как в каком-нибудь насморочном сыром ноябре.

В природе все перемешалось, и какая будет зима, не предскажет уже никто.

Ольга Николаевна с маху упала на тахту, роскошный розовый халат расползся в стороны. Каукалов, глядя на обнажившееся тело, сглотнул слюну и медленно, будто во сне, прямо в форме повалился рядом…

А потом Ольга Николаевна давала наставления: в форме дома не появляться; исходной базой на первых порах считать гараж старика Арнаутова.