С войной не шутят

Врачи сказали Овчинникову: «Если хотите сохранить детей, немедленно покиньте Якутию». Так Овчинников оказался в Баку.

Устроиться по геологической специальности ему не удалось, и он, имея на руках кроме геологического диплома диплом капитана-механика речного судна, пришел к пограничникам.

Лететь в Москву на самолете оказалось накладно, деньги за это Аэрофлот (или как он теперь называется?), дерет нещадные, на эти деньги запросто можно слетать в Америку, поэтому Мослаков с Овчинниковым решили ехать на поезде, это было в четыре раза дешевле.

Москва ошеломила Мослакова. Она стала иной – незнакомой, чужой. Исчезли красные флаги, вместо них появились красные палатки, из которых сонно глядели разъевшиеся продавцы. Судя по их лицам, голод первопрестольной не грозил. Заводы не работали, мужское население столицы разбилось на две группы: на охранников и торговцев.

Мослаков недовольно пошмыгал носом, поморщился:

– Не ожидал я такого жиротека от столицы. Столько песен было про нее сложено, столько гимнов спето и – на тебе! Тьфу!

Мичман, стоявший рядом, также сплюнул под ноги.

Он пока не произнес ни слова. Но это не означало, что он онемел.

– Ладно-ть. Поехали к начальству, – сказал Мослаков. – Там нас и просветят по части «ху есть кто»?

– «Кто есть ху»? – у мичмана наконец прорезался голос.

– Что в лоб, что по лбу – одна шишка. И вообще наших командировочных, дядя Ваня, только на семечки и хватит, – Мослаков закинул на плечо сумку, скомандовал мичману: – За мной!

Встретили их без особого восторга.

Единственное, что было хорошо, – по кабинетам не стали гонять, оформили машину без проволочек.

Хмурый, с жестким ртом полковник, вручая бумаги Мослакову, сказал:

– По Москве, капитан, особо не болтайтесь!

– Капитан-лейтенант, – поправил Мослаков.

– Станешь полковником, тогда и будешь поправлять, – полковник оказался человеком нервным, не терпящим возражений. – Понял, капитан?

– Так точно! – Мослаков звонко щелкнул каблуками и вытянулся.

А что, собственно, ему оставалось делать?

– Забирайте машину и дуйте отсюда! Чем быстрее – тем лучше. Чтобы ни духа вашего, ни запаха в столице не было!

Вот такой суровый человек попался им в управлении, которому надлежало обеспечивать границу техникой.

И – никаких талонов на кашу и белье, никакого ночлега.

– Ничего, Пашок, в машине переночуем, – успокоил Мослакова мичман.

– Если для этого будут условия.