С войной не шутят

– Стой, стрелять буду! – отчаянно завопил часовой. Был он пареньком в своей вологодской деревне, наверное, храбрым, хвосты коровам скручивал не задумываясь, по-рейнджерски бесстрашно, и девчонкам подолы пробовал задирать, а потом, когда уже ничего не получалось, готовно подставлял им под удар физиономию, терпел, но здесь, на воинской службе, он еще не освоился, и вот – совсем сплоховал, пропустил на территорию воинской части моторизованную банду и запаниковал.

– Стой, стрелять буду! – вновь просипел он смято, голос у него разом исчез, растворился внутри, нырнул в желудок, и он ткнул стволом автомата нависшего над ним бандита.

Бандит ухватился пальцами за ствол калашникова – раз предлагают ему автомат, значит, надо его брать – и ловко вывернул оружие из рук часового.

Лишившись автомата, вологодский паренек не выдержал, прижал руки к лицу и заплакал: он знал, что может быть за потерю оружия на посту. За это могут и судить. Хотя вряд ли… Время ныне такое.

Он отполз в сторону, присел около разрушенного столба, на котором висели сбитые ворота, и притиснулся к нему спиной.

Бандиты не обращали на него внимания, вели себя степенно, без суеты, они считали себя хозяевами этой земли и вели себя как хозяева.

– Ну что, спалим главную постройку, что ли? – услышал часовой чей-то трубный вопросительный бас. – Пара канистр с бензином у меня в джипе есть. Взял на всякий случай.

– Зачем? Нам эта постройка еще пригодится. Вояки отсюда все равно уйдут, а мы останемся.

– Тогда давай пару гранат в окно кинем!

– И это не надо делать. Потом помещение ремонтировать придется. Оганесов тебе за гранаты ноги из задницы выдернет.

– Но что-то же сделать надо! Нужно же показать погранцам, что они – никто, а мы – все!

– Погоди, дай малость головой потумкать. Надо покорежить всю технику, что стоит во дворе, – это р-раз…

Он не успел договорить. На крыше штабного дома загорелся прожектор, рассек пространство острым лучом, от него даже воздух задымился, а по пыли, по земле, по вывернутым из преисподней ломаным кускам грунта побежали колючие искры, в следующую секунду с крыши же коротко и злобно гавкнул пулемет.

Несколько пуль всадились в землю рядом с джипами, взбили горячие светящиеся облачка.

– С-сука! – встревоженно заорал человек, который только что, «потумкав головой», предлагал покорежить старую грузовую машину – единственную «тягловую» силу в хозяйстве бригады, работающую на расчистке двора.