Колотое стекло под ногами

Что-то непонятное возилось в душе у него, точно останавливало. Поймав вопросительный взгляд секретаря, сказал:

– Еду к Даршину! – повернулся к охранникам, предупредил. – Смотреть в оба! – и решительно оторвал ноги от пола.

На улице моросил нудный дождь, подхватывался порывами ветра и безжалостно сильно хлестал прохожих. Глеб сел в машину. Охранники прыгнули на свои места. Авто тронулось.

В приемной Даршина на месте секретаря Корозов увидал незнакомую девушку. Довольно приятной внешности, с независимым видом.

Глеб вспомнил, как она говорила ему по телефону, что она не секретарь, а лишь замещает ту на время болезни. Всем своим видом она открыто показывала, что эта работа для нее унизительна и неприятна. Вместе с тем, Глеб уловил в ее поведении какой-то испуг. Она как будто ощутила боязнь, увидав его. Поднялась навстречу, что, в общем-то, от нее не требовалось. К тому же видела его впервые. Показав рукой на дверь кабинета, Корозов спросил:

– Там?

Кивнув, она настороженно проводила его глазами.

Глеб оглянулся на охранников у себя за спиной:

– Останьтесь тут! – и скрылся за дверью.

Кабинет у Даршина был большой светлый с четырьмя окнами. Мебели минимум. Рабочий стол, шкаф для одежды и бумаг, стол для заседаний с мягкими стульями. И все. Даршин сидел за своим столом. Тучный с крупным лицом, но довольно мелкими чертами, что не очень вязалось со всей внешностью. В сиреневой рубашке и галстуке. За другим столом сидели двое, в которых Корозов узнал недавних своих не прошеных гостей.

С первого взгляда ощутил, что атмосфера в кабинете крайне накалена. Интуитивно почувствовал, что его появление придало Даршину сил, и тот вздохнул полной грудью. Хмуро окинув взором подельников в одинаковых синих костюмах, Глеб поморщился:

– Опять я вижу эти морды! Что им здесь нужно, Василий?

Не отвечая на вопрос, Даршин неуверенно, как будто он не был тут хозяином, молчком показал Глебу на стул возле своего стола. Корозов по скованной полуулыбке заметил в его глазах страх.

Сел, спросил:

– Зачем позвал?

Со стула поднялся Семен со шрамом на верхней губе, снисходительно улыбнулся, ответил вместо Даршина:

– Тебя вызвали по нашей убедительной просьбе.

– Я не тебя спрашиваю! – резко оборвал его Глеб. – Я тебе говорил, чтобы вашего духу не было больше возле меня! – посмотрел на Даршина. – Что все это значит, Василий!

Смахнув с губ улыбку, Семен насупился. По-хозяйски уселся на прежнее место.