Колотое стекло под ногами

Корозов взорвался, занося кулак:

– Да вы что, сволочи!

Но сильный удар рукояткой пистолета по затылку отключил его мозг. Глеб упал лицом на стол. После чего не видел и не ощущал, как ему в руку вложили пистолет. Затем подельники выглянули в окно, открыли оконные створки, капли дождя ворвались внутрь, выпрыгнули на улицу. Вторым вылезал Семен. Достал из кармана тряпку, протер после себя следы на подоконнике и прикрыл створки.

2

Придя в себя, вспоминая, что произошло, Корозов глянул на Даршина и все в сознании мгновенно восстановилось.

Почувствовал что-то у себя в руке. Поднял ее и увидал пистолет. Как молния, поразила мысль, что ему сунули этот ствол, чтобы остались его отпечатки. Подстава. Известный трюк. Оглянулся. В кабинете – никого. Лихорадочно выхватил из кармана носовой платок, торопливо, но тщательно вытер оружие, откинул от себя. И только успел вернуть платок в карман и растереть затылок, приглушая боль, как дверь в кабинет распахнулась, и внутрь вбежали двое полицейских.

– Руки! – закричал молодой, курносый с торчащими ушами, направляя пистолет на Корозова.

Удивленно повернувшись к нему, Глеб вытянул руки перед собой, на ум пришло, подозрительно быстро откуда-то появилась полиция, хорошо, что очнулся раньше. Увидал за их спинами ничего не понимающих своих охранников и секретаря Даршина. Второй полицейский, широкий в кости, с полными щеками и выпирающим животом, дергая стволом и плечами, спросил, уставившись на Глеба:

– Кто стрелял? Ваше имя!

– Я их не знаю, – отозвался Глеб и назвал свое имя.

– Кого, их? – усмехнулся полицейский, надувая щеки. – Тут, кроме вас и трупа, никого больше нет! – глянул на молодого, распорядился. – Осмотри все. Под протокол. Понятых найди! – и снова уставился на Глеба.

Странно, подумалось тому, все странно. Он повел шеей, тупая боль в затылке не проходила, пояснил:

– Тут еще двое были.

Оглянувшись вопросительно на секретаря, полицейский сдвинул к переносице редкие брови:

– Кто еще был?

Закрутив отрицательно головой, та протараторила:

– Никого больше не видела, хозяин в кабинете был один, когда к нему вошел этот господин.

Никто после этого из кабинета не выходил. В приемной были охранники этого господина. Они могут подтвердить. В кабинете шумели, как будто ругались. Да, еще, пару дней назад этот господин несколько раз звонил мне, требовал, чтобы я по телефону связала его с Даршиным, кричал, – выпалила на одном дыхании девушка.